Таинство кровного братания (3 фото)

В истории человечества самый действенный способ помириться с врагом — выпить его крови, пока он жив, и дать ему отведать своей крови. Сродство душ гарантирует безопасность и взаимовыручку. Хитрые воины племени арунта (Австралия) перед нападением насильно поят собственной кровью члена вражеского клана, но сами не пьют кровь.

В этом обычае все перевернуто с ног на голову: питие крови не придает сил врагу, а наоборот — обессиливает его и делает безвредным. Не акцептор получает власть над донором, а донор — над акцептором. Аналогичный нонсенс наблюдался в ритуале подмешивания менструальной крови в питье мужчинам. Таково очередное проявление амбивалентности крови.

Ученые приводят длиннейший список народов, у которых производилось смешение и питие крови при вступлении в родовой союз или в целях укрепления его. Для установления кровной связи даяки берут кровь у обоих участников обряда, выливают ее на молодой бетель и затем съедают.

Во время обряда братания у мексиканских племен братающиеся мажутся кровью одного и того же лица. Аналогичный обычай существует в голландских владениях в Индии. У австралийцев мужчины соседних племен пьют кровь друг друга. На реке Дарлинг во время церемонии инициации друзья неофита собирают свою кровь в деревянный сосуд и дают ему выпить.

У народов Новой Гвинеи мужчина, чтобы упрочить свое отцовство, вливает в рот новорожденного сына несколько капель крови, извлеченной из своего пениса. Но особенно интересен следующий австралийский обряд: на похоронах мужчины наносят себе раны на головах и брызжут кровью на лежащего в могильной яме покойника. Здесь установление кровной связи преодолевает границу между мирами и превращается в «кормежку» духа мертвеца.

Обратившись к истории цивилизованных народов, мы на сей раз обнаружим большую заинтересованность в крови. Упоминая о заговоре Каталины, Геродот пишет: «Вступающие в дружбу, чтобы освятить установляемую между ними связь, издревле смешивали свою кровь и выпивали ее вместе: это питие крови делало чуждых друг другу людей как бы близкими, кровными родичами. У армян, иверцев и других древних народов цари, при заключении мира и дружественных союзов, перевязывали на своих руках большие пальцы, прокалывали их и лизали друг у друга выступавшую кровь» (1: 74).

Ниже автор рассказывает о таком же обычае скифов (4: 70), а Помпоний Мела его подтверждает, снисходительно замечая при этом: «Так что даже и свои союзы не могут они заключить без пролития крови».

У Тацита восточные цари высасывают друг другу кровь из пальцев: «Заключенный подобным образом договор почитается нерушимым, будучи как бы освящен кровью его участников» (Анналы 12: 47). По рассказу Диодора Сицилийского, чтобы завладеть македонским городом Кассандрией, Аполлодор обманом заманил некоего юношу, «заклал его богам, дал заговорщикам съесть его внутренности и выпить смешанную с вином кровь».

При недоверии к крови, испытываемом средневековыми людьми, приходится удивляться живучести обряда братания. В IX в. совместное питие крови было организовано венгерскими магнатами, приносившими клятву верности своему вождю Альмошу. Обычай пить кровь или смешивать ее при заключении договоров был хорошо известен ирландцам и южным славянам.

По словам Гиральда Кембрийского, «когда ирены заключают договоры, то пьют кровь друг друга, которая добровольно пускается с этой целью» («Топография Ирландии», XII в.). В видении Конхобара лейнстерцы и улады пьют из одной чаши, в которой человеческая кровь слита с молоком и вином.

В толковании этого видения затейливо смешались языческий и христианский мотивы: «Ибо кровь в том сосуде — это слившаяся кровь двух королевств. Молоко — песнопения Господу нашему, что поют клирики двух королевств. Вино в этой чаше — плоть Христа и Его кровь, подносимые клириками» (сага «Приключения Фергуса, сына Лейте»).

В легенде из «Римских деяний» умный рыцарь побуждает глупого заключить братский союз: «Тут же они накапали крови в чаши, и каждый выпил крови своего друга, и с тех пор стали они жить вместе». По мнению Ле Гоффа, средневековые рыцари вряд ли отдавали себе отчет в «языческих» последствиях таких договоров, для них они служили символами предков, удостоверявшими вассальную присягу.

Обмен кровью пережил Средневековье и, получив новую романтическую окраску, сохранился у немецких буршей (еще они расписывались в альбомах кровью), итальянских разбойников и других искателей приключений. В славянских деревнях прибегали к обряду побратимства по всякому, на первый взгляд пустяковому, поводу. Например, группа парней, пивших или слизывавших языком кровь друг друга, делались братьями и должны были защищать девушек от домогательств парней из других кварталов или селений.

Подчеркну — дело происходило в XIX столетии! Неужели парней и разбойников не страшила угроза вампиризма? Не страшила — ведь живые люди не считались вампирами, они становились ими только после смерти. Поэтому кровь живых запросто использовалась в медицине.

Она, к примеру, считалась хорошим средством от судорог у детей. В Баварии отец делал себе укол в палец и давал ребенку в рот три капли крови из раны. А русский заговор от злобы гласил: «Не велик я день родился, тыном железным и оградился, пошел я к своей родимой матушке, к родному батюшке и ко всему роду и племени, затевалась моя родимая родушка, ломали мои кости, щипали мое тело, топтали меня в ногах, пили мою кровь».

Но приобщение к крови мертвеца, пусть даже и родственника, считалось мерзостью. Именно поэтому европейцы не поощряли питие крови убитых врагов. В ирландской саге Мне, дочь короля Дайре, узнав о гибели отца, находит его тело на поле сражения и пьет кровь, сочащуюся из ран. В результате она теряет рассудок, живет, скитаясь по долинам, нападает на скот и людей, убивает их и высасывает их кровь (редкий пример неумершего вампира).

Одна из ужаснейших форм мести в средневековых легендах — заставить врага выпить крови его близких, то есть мститель действует иначе, чем наемники у Геродота, сами пившие кровь сыновей Фанеса. В сказании о Нибелунгах Гудруна мстит своему мужу Атли за убийство братьев, давая ему съесть сердца двух его малолетних сыновей, изжаренные на вертеле, и выпить их кровь, смешанную с медом или пивом, в кубках, сделанных из их черепов.

В старинной датской и фарерской балладе «Рыцарь Ловмор, или Кровная месть» Сигнильда, мстя за смерть отца и братьев, чью кровь ей тоже пришлось отведать, преподносит своему мужу Ловмору чашу с кровью его детей.

Марко Кралевич, герой южнославянских сказаний «Женитьба Степана Якшича» и «Женитьба Дмитрия Якшича», закалывает сыновей Бечского цесаря и насильно поит его их кровью и кормит их мясом.


Интересные материалы:
Последние Комментарии
  • Предсказания Ванги от 2008 и до 5079 года!
    А это для некоторых писак: следите за своим контекстом! Читать противно! Буд-то бы Вы в школу не ходили!!!!Ник: Костыль
  • Предсказания Ванги от 2008 и до 5079 года!
    Да! Интересные предсказания!!! Хочется даже верить. Но один момент не укладывается в голове: если изобретут путешествие во времени, то почему людишки, по её предсказаниям, продолжают дальше косячить?!...Ник: Костыль
  • Движение души после смерти
    Супер! Именно так и я представляла. Вообще все очень хорошо, жизнь души это вечное увликательное путешествияНик: Кристина
  • Жизнь без вещей. Как отказаться от лишнего?
    Хочешь отказаться от лишнего, брось свою хату, квартиру или дом, одним словом всё.И иди в лес построй себе шалаш, и наслаждайся жизнью без всякого барахла.Ник: Иноплонетянин