Пусть пан не беспокоится, он, Казимир Пшемыльский, не сумасшедший, просто любая гениальная идея поначалу кажется невероятной. Поэтому он просто покажет свое изобретение. Из саквояжа Казимир достал толстый и тяжелый кабель, покрытый гуттаперчей, уложил его вокруг себя, подключил к розетке (кабинет генерала был электрифицирован) и сообщил окружающим, что он теперь неуязвим и никакая сила не способна преодолеть защитный барьер.
Генерал пожалел о потраченном времени. Но капитан Ольминский взял в руки три шара: деревянный, железный и свинцовый, невозмутимо размахнулся и с силой пустил один за другим в улыбающегося Пшемысльского. Ни один из шаров цели не достиг. Они упали вниз, на кабель, упали и лежали неподвижно. Изобретатель отключил «защитный круг» и шары покатились по полу. После этого маневр повторил сам генерал. Результат был прежний. Изобретатель торжествовал. Вернув таинственный защитный кабель назад в саквояж, он перешел к сути. Его сводный брат Генрих Шмидт считает себя немцем, а он, Казимир, считает себя славянином и всею душою предан России. Но, увы, он не может скрыть прискорбный факт, что Генрих настроен иначе и со дня на день обратится к представителям германского командования с предложением приобрести открытие, позволяющее сделать германскую и австрийскую армии неуязвимыми для пуль и снарядов.
Кузьмин маневр изобретателя оценил. В чем же сущность изобретения, спросил главный инспектор артиллерии. В том, ответил Пшемысльский, что его аппарат может генерировать волны силы тяжести. Конечно, этот аппарат маломощный и не способен уловить предметы весом более фунта. Будь иначе, в кабинете его превосходительства обвалился бы потолок. Но если будет угодно артиллерийскому комитету, он, Казимир Пшемысльский, берется изготовить в самый короткий срок аппарат большой мощности, который будет удерживать снаряды любого калибра на расстоянии полверсты от цели. Изготовление подобного аппарата обойдется в 150тыс. рублей. При массовом производстве стоимость, несомненно, уменьшится и составит не более 25тыс. за одну погонную версту заградительного периметра.
Не выразив заинтересованности, скорее по обязанности, генерал назначил Пшемысльскому зайти через три дня, когда он пригласит экспертов. Но оставшись в одиночестве, Кузьмин телефонировал знакомому эксперту, рассказал о демонстрации Периметра и осведомился, возможен ли в принципе аппарат, предложенный поляком. Эксперт, молодой физик, ответил, что если придерживаться традиционных взглядов, то нет, невозможен. Но сами традиционные взгляды за последние десятилетия получили не один сокрушительный удар, и то, что было невозможным вчера, возможно сегодня. Разумеется, демонстрация прибора – отнюдь не доказательство, фокусники в балаганах и не такое демонстрируют. Эксперт обещал разработать и осуществить подлинно научную проверку Периметра Пшемысльского.
Потом генерал телефонировал в особое управление и настоял на срочной встрече с руководителем. На встрече он заявил, что располагает сведениями о том, что во Львове проживает некий Генрих Шмидт, владелец изобретения большой военной значимости, и собирается продать изобретение кайзеровским промышленникам, в результате чего может пострадать русская армия. Необходимо принять соответствующие меры по пресечению сделки.
Второй демонстрации периметра Пшемысльского так и не состоялось – в частной квартире, на которой остановился изобретатель, в ночь перед назначенным сроком произошел взрыв, приведший к пожару. Изобретатель и еще трое обитателей дома погибли. Самые тщательные поиски саквояжа в развалинах результата не дали. Капитан Ольминский, чьим протеже был изобретатель, в ту же ночь повесился, оставив посмертную записку. Причина самоубийства оказалась банальной – невеста, испугавшись увечий боевого офицера, ушла к другому. Две смерти в разных концах города могли быть и совпадениями, но сомнительным совпадением. Быть может, пока царские спецслужбы принимали меры в отношении Генриха Шмидта, аналогичные меры приняли и кайзеровские бойцы плаща и кинжала.
|
|
|
