Вирус Эбола: Африканская чума, рожденная из манго (4 фото)

Число жертв лихорадки Эбола, бушующей в Западной Африке, растет с каждым днем. Из 8 тысяч человек, заразившихся вирусом, погибли уже более 4 тысяч. По оценкам американских экспертов, к концу октября смертоносная зараза может добраться до Евросоюза и первыми поразит Францию и Великобританию, предсказывают даже число, когда она может появится в России - 24 октября.

Алекс Веспиньяни из Северо-Восточного университета Бостона уверен, что стоит вирусу оказаться на территории хотя бы одной страны европейского континента (а такой случай уже есть), через некоторое время он перекинется и на другие государства. Пока американцы нагнетают ситуацию, российские ученые, напротив, считают, что нашей стране эпидемия Эбола не грозит и помогают африканскому континенту вырваться из плена вируса.

Беспрецедентная пандемия

Чтобы разобраться в ситуации, «Вечерняя Москва» обратилась к экспертам. Заведующий лабораторией экологии вирусов НИИ вирусологии имени Д.И. Ивановского Михаил Щелканов в конце августа находился в Гвинее вместе с группой специалистов учреждений Роспотребнадзора и Минздрава России.

Автор:

- Эта эпидемия беспрецедентна, - уверяет меня Михаил Юрьевич. - Во-первых, она бушует в Западной Африке. Раньше все эпидемии происходили в Центральной Африке. До недавнего времени считалось, что природные очаги этого вируса находятся в пойме реки Конго и чуть севернее - в Судане, в Центральной Африканской республике. Это первая эпидемия в Западной Африке беспрецедентна еще и по масштабу - по длительности и по охвату, и по смертности, то есть по числу погибших (более 4 тысяч!). А вот летальность, то есть процент умерших среди всех зараженных, кстати, достаточно низкая - уже меньше 50 процентов. Это связано с тем, что усилиями Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) и других развитых стран удалось наладить диагностику.

Автор: Илья Юдин

Пациент Zero

Первым пациентом (на языке медиков «пациентом Zero»), заразившимся лихорадкой Эбола, был двухлетний мальчик. Он умер еще 6 декабря 2013 года. И только 25 марта 2014 года ВОЗ объявила о том, что это лихорадка Эбола. Сначала ставили диагноз лихорадка Лассо, потом Крымское конго, потом думали, что это какая-нибудь нехарактерная малярия, от которой в этом регионе умирает людей в разы больше, чем сейчас от Эболы.

- До этого мы вообще не знали, что в Западной Африке существуют природные очаги Эболы вируса Заир, а именно этот вирус вызвал эпидемию, - продолжает Михаил Щелканов. - Время было упущено, эпидемия разрослась до таких масштабов и проникла в города, и остановить ее развитие можно было только серьезными мероприятиями, которые в Западной Африке, в силу социально-экономических особенностей, провести невозможно.

Смертельное манго

Как заразился пациент Zero, точно установить уже нельзя. Ученые могут только догадываться.

- Возможно, он съел немытое манго, - предполагает Михаил Юрьевич. - Природным резервуаром вируса являются крыланы (летучие собаки). Они плодоядные, то есть питаются плодами, и даже воду пить не любят, а предпочитают сок спелых манго. Они переносят инфекцию, но не болеют. Вирус выделяют со слюной, мочой, фекалиями, и, видимо, обгадили фрукт, а ребенок поел. Ситуация с продуктами питания там аховая и даже есть такое понятие «Бушмит» (от англ. bushmeat, bush — кусты, meat — мясо). Бушмит - это вся мелкая живность, которую удается найти в шаговой доступности около человеческого жилья. Это могут быть крысы, летучие мыши, крыланы, крупные насекомые. Если съесть хорошо прожаренное зараженное животное, то проблем не будет, другое дело, что тот, кто готовит это мясо, очень сильно рискует.

Автор: HandoutФотография вируса Эбола, сделанная учеными

Другие животные тоже могут представлять опасность для человека. Вирусом Эбола могут болеть обезьяны, и долгое время считалось, что именно от обезьян люди заражаются. Отчасти это так. Потому что больные малоподвижные обезьяны становятся добычей охотников в первую очередь. Могут заразиться и копытные животные, и летучие мыши. Но, в отличие от крыланов, они переносят болезнь не бессимптомно.

Только через контакт

Эта беспрецедентная эпидемия вируса Эбола отличается еще и достаточно большим числом случаев заболевания медицинского персонала. И не только в Африке. Первым заболевшим человеком на европейском континенте стала медсестра Тереза Ромеро, подцепившая вирус в больнице, где она ухаживала за двумя миссионерами, вернувшимися из Африки.

Александр Чепурнов, доктор биологических наук, профессор-вирусолог предполагает, что инфекция может передаваться без непосредственного контакта.

«Особенностью этой вспышки представляется заболевание и смерть квалифицированного медицинского персонала, строго соблюдающего правила биологической защиты, - пишет он в одной из своих статей. - Это подталкивает к подозрению о возможности аэрозольной передачи инфекции. В предыдущих вспышках неоднократно отмечалось отсутствие оснований для предположений о воздушно-капельной передаче. Теперь, по-видимому, необходимо позаботиться о более надежных средствах защиты органов дыхания».

Михаил Щелканов, в свою очередь, объясняет частые факты заражения медперсонала другой причиной.

- Нет, вирус не передается воздушно-капельным путем. Дело в том, что у каждого биологического вида есть свои свойства, которые невозможно преодолеть. И влияние мутации на биологические свойства тоже ограничены. Так вот, филовирусы (от лат. filum — нить. Вирусы, напоминающие по форме длинные цилиндрические палки —«ВМ») , а именно к ним относится Эбола, распространяются только контактным путем. А много медицинских сотрудников заражается по другим причинам. Первое - приходится работать в условиях палаточных госпиталей. Между тем, как человек переодевается в костюм в условиях стационара в лаборатории и в палаточном городке - колоссальная разница. Кроме того, изо дня в день работать с опасными вирусами - очень серьезная психологическая нагрузка, не то что в лаборатории в институте. В условиях Западной Африки вы постоянно находитесь в госпитале, вы постоянно в стрессовой ситуации. Второй момент: если внимательно посмотреть, кто из медицинского персонала заразился, там достаточно много людей из так называемых неправительственных медицинских организаций - «Врачи без границ», «Кошелек самаритянина». А под крышей этих организаций есть те, кто под прикрытием медицинской деятельности работает на разведку: на формацевтические или на геологоразведочные компании. В результате, некоторые люди там оказываются недостаточно подготовленные.

Не ходите, дети, в Африку гулять

В чем же причина такого распространения инфекции?

Эксперты ВОЗ, вирусологи России и Белоруссии, с которыми я общалась и чьи научные публикации читала, сходятся в том, что все дело в крайней бедности населения.

- Сложнейшая социально-экономическая обстановка, крайняя бедность основной части населения, - говорит Михаил Щелканов. - Там есть и богатые люди, потому что в той же Гвинейской республике 40 процентов мировых запасов боксита, это сырье для алюминия. Поэтому там есть и богатые, но они проживают в отдельных микрорайонах. Это, кстати, сокращает вероятность заноса на нашу территорию вируса, потому что в Европу и Россию приезжают выходцы из богатых семей. Тем не менее, бедность основной части населения приводит к тому, что 60 процентов населения неграмотные. Особенно среди молодежи, потому что старшее поколение еще застало период, когда Гвинея развивалась по социалистическому пути, была жемчужиной Западной Африки и витриной социализма. Столица Гвинеи Конакри - полуторамиллионный город, здесь 15 тысяч мечетей и лишь несколько десятков школ. Безработица колоссальная, уровень санитарно-эпидемиологического благополучия ничтожный. Детская смертность 118 человек на 1000, это один из самых высоких показателей в мире. До 5 лет детей вообще не регистрируют, потому, что смысла нет. Первое, что бросается в глаза, когда едешь из аэропорта по главной улице имени Феделя Кастро, это дождевая канализация по всему городу. Туда стекают отходы жизнедеятельности, сбрасывают мусор, и там же купаются дети (!). О гепатитах вообще говорить не приходится, это норма жизни. Весь цивилизованный мир в лице США и Европы, бывших колонизаторов, которые и довели до этого состояния, вдруг озаботились тем, что вирус Эболы может быть к ним завезен.

Эпидемии могло не быть…

В 1978 году в городе Кинди Гвинейской республики функционировала, и успешно, российско-гвинейская лаборатория на базе Гвинейского института имени Луи Пастера.

- Академик Львов Дмитрий Константинович, до недавнего времени возглавлявший наш институт, сейчас по возрасту, он ушел на пенсию, как раз разрабатывал научную программу для этой лаборатории, - рассказывает Михаил Щелканов. - Некоторые наши сотрудники там успешно работали. В 1983 году в официальных отчетах этого института была описана масштабная - несколько тысяч человек - эпидемия геморрагической лихорадки как раз на территории Северо-Гвинейской возвышенности, где и находятся природные очаги этого заболевания, как сейчас понятно. Тогда не удалось идентифицировать эту лихорадку, но в отчете прямо сказано, что больше всего она клинически похожа на лихорадки Марбург и Эбола. Понимаете? Потом началась перестройка в Советском Союзе, и в конце 1980-х годов работу лаборатории свернули. А если бы этого не было сделано, мы бы точно знали, что на территории Северо-Гвинейской возвышенности имеются природные очаги Эбола вируса Заир, а, следовательно, можно было бы не упустить это время.

Вирус по обмену

Белорусские вирусологи изучают Эболу четверть века. На днях я была в командировке в Белоруссии и не могла не заглянуть в НИИ эпидемиологии и микробиологии. Здесь еще с советских времен собирают коллекцию вирусов - 1,5 тысячи патогенных штаммов, в том числе относящиеся к первому классу опасности Эбола. Александр Петкевич, ведущий научный сотрудник группы научно-методической работы, изучал вирус Эбола 25 лет. Мы сидим с небольшом уютном кабинете НИИ эпидемиологии и микробиологии, который находится на окраине Минска. Вечер. За окном видны лес, речка и несколько строящихся зданий. И в этом же НИИ, в этих же стенах, хранится возбудители тысяч опаснейших болезней, крохотные вирусы, которые унесли и искалечили миллионы человеческих жизней.

Автор:

- Наша работа с особо опасными вирусами началась в 70-х годах прошлого века, когда в Боливии вспыхнула лихорадка неизвестной этиологии - теперь понятно, что это была боливийская геморрагическая лихорадка. В нашей стране был небольшой опыт по изучению лихорадок подобного типа. И тогда директору НИИ эпидемиологии и вирусологии Вениамину Вотякову, к сожалению, он в этом году умер, предложили возглавить делегацию Советского Союза и поехать в Боливию. Привезенный оттуда материал разделили на две части - одна попала в институт полиомиелита в Подмосковье, а вторую отдали нам. Следующим толчком была Олимпиада-80. Готовились к приезду множества иностранных гостей. Тогда было высказано опасение: а что произойдет, если кто-то из гостей завезет болезнь легионеров, или Лассо, Марбург? Тогда в медицину были вложены колоссальные деньги. У нас, например, весь двор был заставлен фурами, которые везли все, что надо было, чтобы изучать возбудителей и разрабатывать препараты, в первую очередь, для диагностики и что-то, конечно, для лечения. И результаты были: по Лассо, например, мы, вместе с Прибалтикой и Россией разработали эффективное лекарство - рибовирин.

Национальное достояние

- Штамм Эболы я получал в Минздраве Советского Союза, - вспоминает Александр Сергеевич. - Ехали в Шереметьево с эскортом, шли к начальнику смены и меня без всяких просвечиваний - не было известно, как это может подействовать на вирус - сажали в самолет, здесь в Белоруссии тоже эскорт встречал. То есть мы обменивались штаммами, получали, и от нас направляли штаммы. Я образцы вирусов возил и самолетом, и поездом… В той же Гвинеи в Кинди функционировала советско-гвинейская лаборатория. Многие наши сотрудники там работали, я тоже был в этой лаборатории. Мы много оттуда материала привезли… Вот так и формировалась коллекция. То есть у нас материал отечественный, потом вот эти возбудители по обмену… Наша коллекция «Коллекция вирусов и бактерий, патогенных для человека» с 2012 года постановлением Совета министров включена в национальное достояние. То есть если в науке мы, фактически, на хозрасчете - получил тему, работаешь - нет - зубы на полку, то коллекция на бюджете. Эти вещи действительно нужно сохранять. Например, сейчас с Эболой абсолютно ясно одно: наших знаний недостаточно. А когда ты имеешь эти коллекции, ты можешь сравнивать, сопоставлять…

Просто работа

- Когда я начал работать с вирусом Печинды (а Александр Сергеевич был в то время заведующим лаборатории молекулярной биологии и химиотерапии), я садился в бокс, это пластмассовый такой бокс, ты в нем работаешь, закрытый третьего класса, у меня, откровенно говоря, дрожали коленки. Хотя потом выяснилось, что вирус Печинды не опасен для людей. А вот когда я уже работал с вирусом Эбола, ну хоть бы что-нибудь дрогнуло. Когда мы берем эти жестяные, запаянные тубусы с материалом, смотрим, где там ампулы, распиливаем в боксе, достаем. Потом режем эту пробирку, ампулу, откручиваем, забираем материал, заражаем культуру клеток. Ну, это просто работа. Тогда мы так думали , что это абсолютно смертельное заболевание. Если Печинда - ничего, абсолютный ноль, Мачупа - 20-30, Лассо - 60, то Эбола - это 100 процентная смерть. Но привыкаешь, появляется опыт. Держишь флакон, всовываешь шприц - это опасно. Но сколько это секунд? Такого опасного времени в течении рабочего дня, ну, максимум минут 15. А остальная работа - закрыл пробку, завернул, переставил…

Запущенный вирус

- Теоретически, возможно, что это запущенный вирус, - Александр Сергеевич неожиданно соглашается с моим предположением. - Генно-инженерные технологии сегодня так развиваются, что можно создавать, и у нас уже есть два опыта в мире, когда были созданы высокопатогенные возбудители. Когда ты работаешь со штаммом, легко получить штамм непатогенный или малопатогненный. Но не так давно сначала австралийские ученые на мышиной саркоме, а потом на птичьем гриппе голландские и американские ученые получили штаммы более высокопатогенные. Это факты подтверждают, что современные технологии позволяют создавать опасные штаммы. С другой стороны, когда спросили Маргарет Чан, генерального директора Всемирной организации здравоохранения, почему эпидемия развивается, она ответила одним словом - бедность. И я с ней согласен. Я там работал и знаю, что не хватает лекарств, слабая медицинская помощь, дефицит спецодежды, отсутствие навыков, другой менталитет. И вирус там попадает на благодатную почву и может быстро развиваться.

Мировой эпидемии не будет

- Американцы представили свой прогноз стремительного распространения заразы по всему миру. Но, во-первых, прогноз в отношении инфекционных заболеваний - вещь неблагодарная. Дело в том, что движение инфекций не подчиняется линейным зависимостям. Вот вам простой пример: погода. Сами метеорологи говорят, что они могут точно спрогнозировать максимум три дня. А погода является одним из факторов в инфекциях. Второе - конечно, прогноз этот построен на объективных вещах, они проанализировали частоту рейсов и, конечно, на первом месте поставили Францию, на втором Англию, потому что у Франции прямые рейсы.

Третье - предупрежден, значит, вооружен. Если мы видим, что так развиваются события, мы же начинаем их менять. Можно же и более жесткие меры ввести, и карантины, и больше выдерживать граждан, вылетающих из этих стран. Например, Саудовская Аравия не выдала паломникам из этих стран виз для совершения хаджа.

Следующий момент, международное сообщество начало активно помогать: и госпитали, и военнослужащие, Россия послала мобильную лабораторию. Это тот самый компонент, который не был учтен американцами при составлении прогноза.

Я точно так же могу сказать, что, вероятность, конечно, есть. Инкубационный период длительный. Но во время инкубационного периода пациент не заразен. При большинстве других заболеваний человек сначала заразен, а потом у него появляются симптомы. Это означает, что пассажиры в самолете, члены экипажа и аэропорты пересадок, они не в зоне риска. В сочетании с тем, что вирус не передается воздушно-капельным путем, риск минимальный. Для сравнения, при гриппе в самолете опасной зоной являются три ряда сидений вперед, три ряда сидений назад, и в обе стороны. А в случае с Эболой, даже если у человека уже проявляются первые симптомы, он может быть опасен только соседу, с которым он чем-то обменивается…

И в любом случае, есть еще контроль в аэропортах. Прежде, чем граждане из этих пораженных стран вылетают, они проходят медицинское обследование и без справки их не пустят в самолет. Поэтому вероятность того, что самолетами может быть доставлена зараза, минимальна.

Другое дело, что есть еще человеческий фактор: пациент из Техаса обманул в аэропорту, что у него не было контактов в больными Эболой. То есть с одной стороны получается, что меры существуют, а с другой стороны, мы не всегда можем учесть человеческий фактор.

Автор: Анкета американца, который указал ложную информацию о том, что он не контактировал с больными лихорадкой Эбола

При сегодняшнем движении все границы прозрачны. Поэтому ВОЗ, еще когда еще только начала распространяться атипичная пневмония, заявила, что любая страна, где есть международный аэропорт, находится в зоне риска. Аэропорт, транспорт, клиника, диагностические лаборатории должны быть готовы, должен быть взаимный обмен информации, и это тоже все уже отработано. И это именно те элементы, которые помогут сдержать пандемию. В свое время было ядерное мышление, что в современном мире при ядерной войне победителей не будет, поэтому лучше этого не допускать. Так же и биологическое мышление: мы все на одной планете и никакая развитая страна в одиночку никогда не справится.

Звонок в Гвинею. Африканский вирус «ловят» российские тест-системы

Россия может усилить команду специалистов в Африке для борьбы с Эболой. Как сообщила глава Роспотребнадзора Анна Попова, сейчас рассматривается возможность направления дополнительных команд в страны Западной Африки, где зафиксирована вспышка лихорадкой Эбола. Ранее представитель ООН попросил главу российского ведомства направить дополнительно специалистов в Нигерию и Сьерра-Леоне. «Вечерке» удалось дозвониться до российских специалистов, работающих сейчас в столице Гвинеи Конакри.

- Мы вылетели для оказания помощи Гвинейской республике в борьбе с самой масштабной вспышкой эпидемии Эбола за последние 40 лет, - на другом конце провода Валентин Сафронов, начальник специализированной противоэпидемической бригады Роспотребнадзора РФ. - Нашей задачей было развернуть мобильную лабораторию, чтобы проводить диагностику и можно было принимать решения на местах - кого следует изолировать, а кого отпустить. Нам уже удалось показать эффективность тест-систем, произведенных в России. Кроме того, оказать значительный объем консультативно-методической помощи как посольству, так и российским компаниям и гражданам, которые в настоящее время находятся в Гвинейской республике, а это несколько сотен человек.

- Я знаю, что по правилам с опасными вирусами нельзя работать больше четырех часов. В условиях эпидемии эта норма соблюдаются?

- Лаборатория может выполнять несколько сотен анализов в день. Если объем поступающего материла не позволяет выполнить работу за 4 часа, материал разделяется и работа идет посменно. То есть мы функционируем по тем правилам и нормам, которые были прописаны в России. Прежде всего для нас важна безопасность сотрудников во время работы в лаборатории. Особенно в условиях тропического климата, это один из критических моментов. Сейчас мы работаем в штатном режиме. С утра происходит поступление материалов, оформление соответствующих документов, и начало работы. Сейчас анализы занимают не более 2-2,5 часов за счет того, что мы обладаем наиболее современным оборудованием и специалисты наработали достаточный опыт. Поначалу у нас, конечно, смены были более длительные. Мы работаем совместно с международными организациями, такими, как ВОЗ, «Врачи без границ», «Международный красный крест» и непосредственно с Министерством здравоохранения республики Гвинея. Результаты этой работы достаточно плодотворны. Население уже адекватно воспринимает рекомендации по соблюдению правил личной гигиены, поэтому здесь ситуация стабильная. Если говорить о регионах так называемой «Лесной Гвинеи», то там еще ситуация не решенная. В Сьерра-Леоне ситуация еще тяжелее. В целом за весь регион Западной Африки говорить не могу, а что касается столицы Конакри, где мы работаем, и соседних префектур, здесь ситуация контролируется.

- А в более тяжелые районы не планируете перебазироваться?

- Мы работаем по приказу федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей. В последнее время нам не поступало указания перебазировать силы. Я уверен, что если будет такое решение, мы сможем успешно работать в тех местах, которые потребуют повышенного внимания. В принципе это возможно. Наша лаборатория работает автономно и способна перемещаться на значительные расстояния.

- А насколько опасен вирус для медицинского персонала, и есть ли у вас хотя бы экспериментальные вакцины против вируса?

- Вирус чрезвычайно опасен для человека, особенно это касается работы с зараженным материалом, учитывая, что биоматериал отбирается на максимальных стадиях заболевания, когда концентрация вируса очень высока. Коллеги используют средства индивидуальной защиты, кроме того лаборатории оснащены специализированными инженерными системами, которые обеспечивают безопасность. Что касается лекарства, то этот вопрос некоторое время уже прорабатывается. И в России, и за рубежом есть достаточно эффективные наработки. Соблюдая технику безопасности можно избежать инфицирования. Для нас это совершенно нормальная повседневная работа.

- А какой вы можете сделать прогноз?

- Каких-то четких количественных прогнозов сейчас сделать невозможно. То, что мы видим сейчас, это совершенно четкая тенденция к стабилизации. И очень много будет зависеть от того, насколько население будет принимать рекомендации. Я знаком с методологией, на которой эти негативные прогнозы были сформулированы, они все-таки не охватывают полного объема противоэпидемических мероприятий и тех положительных сдвигов, которые мы наблюдаем у местного населения. Как нам кажется, единичные завозы теоретически возможны. Вместе с тем дальнейшее распространение эта зараза вряд ли может получить, поскольку это очаговая болезнь, и для Европы трудно себе представить ситуацию, при которой она могла бы получить значительное распространение. Наш прогноз не такой пессимистичный, как у наших западных коллег. Прежде всего за счет того, что Роспотребнадзор и Российская Федерация в целом предпринимает защитные усилия по санитарному контролю в пунктах пропуска и на территории России. Я знаю, какие серьезные силы задействованы, чтобы предотвратить завоз, поэтому прогноз для нашей страны благоприятный.

КСТАТИ

Еще 22 августа в Гвинею самолетом Ил-76 МЧС России вылетели восемь специалистов Роспотребнадзора: эпидемиологи, вирусологи и бактериологи. На борту так же находилась мобильная лаборатория на базе грузовика «КАМАЗ». Эта лаборатория не имеет аналогов в мире и оснащена самым современным оборудованием для диагностики болезни, вызванной вирусом Эбола, и других опасных инфекционных заболеваний.

Воздушное пространство столицы под защитой

По оценкам экспертов, в случае дальнейшего распространения эпидемии, в первую очередь от вируса Эбола пострадают международные столицы, где самый

большой туристический поток, а точкой «пересечения границы», вероятнее всего, станет аэропорт. «ВМ» узнала, как Москва защищается от опасного вируса. Во всех аэропортах круглосуточно дежурят сотрудники Роспотребнадзора. Ни один пассажир не может пересечь таможенную зону без термометрии, то есть измерения температуры мобильным бесконтактным устройством, и визуального осмотра.

— В Москву нет прямых рейсов из стран Западной Африки, но специалисты Роспотребнадзора досматривают транзитные, через которые сюда приезжают граждане из стран, неблагополучных по лихорадке Эбола,— пояснила «ВМ» прес-секретарь Роспотребнадзора Анна Сергеева.— По международным правилам бортпроводники сообщают, если в самолете кому-то стало плохо. При выявлении людей с плохим самочувствием их направляют в инфекционный стационар. Все столичные медики уже получили инструкции и знают, как действовать при появлении больного с подозрением на вирус. В случае заражения нашего гражданина за рубежом можно будет доставить пациента. Для этого есть и специально оборудованные борта, и биокапсулы.

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Анна Попова, руководитель Роспотребнадзора, главный государственный санитарный врач РФ

- Никаких панических прогнозов сегодня в Российской Федерации нет и быть не может, потому что ситуация контролируется, все необходимые мероприятия проводятся. Мы ввели требование по измерению температуры с помощью специальной аппаратуры. Проверили готовность пунктов пропуска и медицинской службы в пунктах пропуска, готовность скорой помощи по эвакуации больного на случай его выявления, механизм госпитализации и так далее. Ежемесячно мы досматриваем порядка 7,5 тысяч рейсов, это получается порядка 1,5 миллионов пассажиров. На сегодняшний день мы отработали вместе с МЧС и с Федеральным медико-биологическим агентством возможность доставки пациента, если кому-то из находящихся за рубежом граждан РФ понадобится помощь. Для этого есть специально оборудованные два борта, подготовленный персонал со средствами индивидуальной защиты, с биокапсулами для транспортировки таких больных, все есть.

В ТЕМУ

У России есть разработки препарата от Эболы. «В вирусологическом центре НИИ микробиологии Министерства обороны РФ в Сергиевом Посаде и в Государственном научном центре вирусологии и биотехнологии «Вектор» в Новосибирске вакцины разработаны»,— рассказал председатель Комитета Госдумы по науке и наукоемким технологиям, академик РАН и РАМН Валерий Черешнев. «Во время вспышки 1995 года партия из ста ампул лошадиного

иммуноглобулина передавалась ВОЗ»,— подтверждает доктор биологических наук, вирусолог Александр Чепурнин.


Интересные материалы: