В среду Госдума одобрила в первом чтении законопроект об неотклонимом контроле за операциями с наличностью на сумму от 600 тыс. руб. Эти поправки в действующий закон «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, приобретенных криминальным методом, и финансированию терроризма» были инициированы Росфинмониторингом, еще когда его возглавлял сегодняшний премьер-министр Виктор Зубков.
Как утверждают создатели документа, проект призван привести русское законодательство в соответствие с советами группы разработки денежных мер борьбы с отмыванием средств (ФАТФ), членом которой является Наша родина. «Документ ориентирован на обеспечение соответствующей правовой базы для реализации гос политики в сфере противодействия легализации доходов, приобретенных криминальным методом и финансированию терроризма», – отмечается в объяснительных документах.В сегодняшнем виде закон об отмывании подводит под контроль денежные операции на сумму выше 600 тыс. руб. исключительно в том случае, если они удовлетворяют определенным условиям. К примеру, если одна из сторон в сделке – компания-нерезидент, либо если операция не соответствует хозяйственной деятельности предприятия. На заседании правительства, где Зубков в первый раз находился в качестве премьера, он заявил, что этих мер не достаточно. «Сейчас возникают новые формы и системы расчетов, дозволяющие обходить контроль, чем бандюганы и коррупционеры интенсивно пользуются», – объяснился Зубков.
Сейчас список критерий сохранится только для безналичных операций, все большие сделки с наличностью как юридических, так и физических лиц в неотклонимом порядке попадут под контроль финразведки.
Банки и другие организации будут должны докладывать о их в Росфинмониторинг.
Банки уже смирились с новыми обязательствами. Начальник службы денежного контроля Банка Москвы Алексей Седов считает, что с юридическими лицами работа даже упростится. «В истинное время нужно выслеживать операции по зачислению либо списанию организацией наличных денег на сумму 600 тыс. руб. и выше. При всем этом приходится дополнительно рассматривать эти операции, делать заключение о согласовании их хозяйственной деятельности клиента, к примеру, – отмечает эксперт. – Приходится запрашивать сведения у компаний, расход наличных сверять с документами, подтверждающими целевое внедрение средств, или инспектировать кассовую дисциплину и т.п. А на данный момент процесс станет чисто техническим: будет просто отчаливать информация в Росфинмониторинг о списаниях и зачислениях наличных средств на сумму выше либо равной 600 тыс. руб.»
А вот розничным банкам, имеющим больших клиентов, работы прибавится. Ранее зачисление средств на вклад под действие закона не подпадало, а на данный момент о каждой таковой операции нужно будет докладывать.
«Клиенты будут недовольны, – считает начальник управления розничных продаж Российского банка Развития Рахман Саитбаев. – Придется вести с ними неизменные объяснения, а означает, увеличатся очереди».
Не считая этого, новые обязанности отвлекают служащих от основной банковской деятельности, добавляет Седов: «Получается, мы исполняем нехарактерные для кредитной организации функции, которые должны производить правоохранительные органы».
Таковой подход малопродуктивен, соглашается зампредседателя банковского комитета Госдумы Павел Медведев. В Европе банкир докладывает только о подозрительных сделках, в Швейцарии, к примеру, поступает несколько сотен единиц таковой инфы в год, у нас же в Росфинмониторинг сваливается до 10 млн сообщений, разъясняет депутат: «У их и эффекта от контроля больше, так как маленькое количество инфы легче проанализировать».
Финразведчикам придется докладывать даже о сделках с ролью разумеется «чистых денег», негодует депутат.
Например, если человек получал заработную плату на свою пластиковую карту, а потом эти средства он положил на вклад в тот же банк, через который она начислялась. «Это же глупо, так как всем понятно, что средства честно заработаны», – гласит Медведев. Депутат уповает, что во 2-м чтении эти перекосы в законе будут исправлены.
А замглавы банковского комитета Госдумы Владимир Тарачев вообщем не лицезреет смысла в принятых сейчас поправках. «В основном законе все нужное уже было», – считает Тарачев. По его воззрению, больше всего финразведчики усложнили жизнь самим для себя. «Банкирам-то хватит технических способностей, главное чтоб Росфинмониторинг с задачей справился», – гласит депутат.
