Правительство Перу решило начать процесс против южноамериканского Йельского института, в музее которого хранятся реликвии, вывезенные из развалин инкского городка Мачу-Пикчу практически век вспять. По предшествующей договоренности меж Перу и институтом, на родину должны были возвратиться около 5000 из предполагаемых 45000 предметов.
В 1911 году Хайрем Бингем, южноамериканский археолог, который, как считается, стал одним из прототипов Индианы Джонса, в недоступном горном районе Перу первым из белоснежных людей нашел остатки старого городка инков, предположительно датируемого XV веком.
Бингем именовал его "Мачу-Пикчу", что значит "Древняя Гора" на языке кечуа, бывшего в свое время официальным языком империи инков. По легенде, дорогу к самому городку Бингему показал местный мальчишка за монету в один соль — около 30 центов.
Отысканные за несколько экспедиций в Мачу-Пикчу произведения искусства инков были вывезены в США, где их расположили в музее Йельского института. Когда 1-ая экспедиция Бингема вела раскопки на местности Мачу-Пикчу, эта местность не числилась монументом культуры, а по действовавшим в 1912 году перуанским законам все обнаруженные во время схожих раскопок предметы числились собственностью тех, кто их отыскал. Раскопки были одобрены перуанским правительством, и по заключенному с ним соглашению южноамериканский археолог обязался после исследования предметов возвратить в страну из всего отысканного только уникальные и дублирующиеся артефакты. Основную часть вывезенных предметов составили изделия из керамики и костей животных.
Хайрем Бингем. Кадр из видеоклипа, расположенного на nationalgeographic.com
К тому времени, когда Бингем возвратился в округи Мачу-Пикчу со собственной 2-ой экспедицией в 1914 году, закон о принадлежности отысканных культурных ценностей поменялся. По новенькому закону нашедший ценности мог взять их с собой лишь на маленький период времени. Возврату отысканных в процессе 2-ой экспедиции предметов — изделий из керамики, серебряных статуэток, золотых украшений — помешала 1-ая глобальная война. Но скоро после ее окончания предметы возвратились на родину.
Хайрем Бингем по итогам собственных экспедиций написал три книжки - "Земля инков" (1922), "Мачу-Пикчу" (1930) и "Затерянный город инков" (1948). Книжки вызвали наисильнейший энтузиазм как к Мачу-Пикчу, так и к старым культурам Южной Америки вообщем, и содействовали популяризации исследования этих культур. В 1948 году перуанское правительство пригласило археолога на праздничное открытие дороги до окружностей Мачу-Пику, которую окрестили в его честь - "Шоссе Хайрема Бингема" (Hiram Bingham Highway).
Коллекция Бингема долгие и длительные годы остается предметом кропотливого исследования для студентов Йельского института и ученых со всего мира.
Мачу-Пикчу в 1911. Фото Хайрема Бингема
Но в 2000-е годы правительство Перу решило востребовать вспять предметы, отысканные во время первой экспедиции южноамериканского археолога. Такое решение правительства разъясняется желанием собрать все предметы из Мачу-Пикчу и его окружностей в одном месте — в еще не построенном музее в городке Куско, находящемся неподалеку от Мачу-Пикчу. Создание музея планируется окончить в 2011 году — к столетию со денька открытия Мачу-Пикчу миру.
Йельский институт согласился на возвращение 5000 предметов из собственной коллекции, также предложил проводить постоянные выставки в городках Перу. Но этот вариант, в конце концов, не удовлетворил перуанское правительство, по догадкам которого в коллекции института находится около 45000 предметов искусства инков. В текущее время правительство Перу планирует подать в трибунал на Йельский институт.
Статуэтки из Мачу-Пикчу. Кадр из видеоклипа, расположенного на nationalgeographic.com
Вопрос о легитимности институтской коллекции уже издавна вызывает жестокие споры. В 1981 году меж Перу и США было заключено соглашение о возврате культурных ценностей Перу, оказавшихся на местности Соединенных Штатов. Но это соглашение распространялось лишь на предметы, оказавшиеся в США после заключения соглашения. Таким макаром, коллекция Хайрема Бингема не является нелегально вывезенной. К тому же, ее вывоз в свое время был также осуществлен в рамках закона, действовавшего в Перу сначала XX века. Естественно, такое положение не может приглянуться перуанцам, гордящимся собственной старой культурой.
Появляются два вопроса: справедливо ли добиваться через трибунал легитимно обретенные ценности и справедливо ли не отдавать культурные ценности другого народа? И 1-ый, и 2-ой — вопросы морали, и каждой из сторон придется отвечать на их. Кто сумеет достойно выйти из этой ситуации покажет только время.
Тимофей Давыдов
