Ключ без права пересдачи

Ключ без права пересдачи

В согласовании с федеральным законом о внедрении одного муниципального экзамена (ЕГЭ) со последующего, 2009 года ЕГЭ станет единственной формой гос итоговой аттестации, совместив внутри себя выпускные школьные экзамены и вступительные в университеты и техникумы.

Идеологи ЕГЭ считают, что реализация этого закона позволит:

во-1-х, обеспечить равные стартовые позиции всех выпускников школ при поступлении в средние особые и высшие учебные заведения;

во-2-х, уменьшить коррупцию при приёме в высшие учебные заведения и уйти от системы репетиторства;

в-3-х, упростить функцию поступления в университеты, сэкономив силы и средства абитуриентов;

в-4-х, дать беспристрастную оценку уровня познаний выпускников.

 

Давайте заглянем в будущее и поглядим, будут ли решены эти задачки.

Пункт 1-ый – «равные стартовые условия». Видимо, следует гласить о поступлении в ведущие высшие учебные заведения и на пользующиеся популярностью специальности, потому что в остальном и ранее заморочек с поступлением не было. Но ведущие университеты не в состоянии принять всех желающих, они предусмотрены не для всех, а для более профессиональных. «Правильно, – произнесут идеологи одного госэкзамена. – В МГУ, МГИМО, СПбГУ, ГУВШЭ и остальные симпатичные университеты поступят только те, кто получит высочайшие результаты ЕГЭ». Означает, уже не равные! Преимущество получают ученики тех школ и регионов, где лучше демонстрируют результаты ЕГЭ. Конкретно демонстрируют результаты, а не получают познания.

Как сертификат ЕГЭ станет единственным пропуском в схожий университет, начнется «погоня за баллами». Учителя и педагоги вузов не закончат заниматься репетиторством. Просто заместо передачи познаний и обучения перейдут к натаскиванию.

Невзирая на неограниченное количество пособий и способностей подготовки к ЕГЭ, предки абитуриентов все равно будут обращаться к услугам репетиторов. В этой гонке одолеют не самые умные и профессиональные. О каких равных стартовых критериях можно тут гласить?

В худшем положении окажутся и выпускники школ прошедших лет. Конкретно те, кто пробует поступить в избранный университет 2-ой, а то и 3-ий год попорядку, – более целеустремленные люди. Их выбор не случаен. И конкретно им поступить на последующий год станет труднее, чем в прошлом. Ведь для того, чтоб поступить, им придется не только лишь не растерять те познания, которые были получены в школе в прошлые годы, да и поновой готовиться к ЕГЭ.

В сложную ситуацию попадут выпускники школ государств СНГ, желающие обучаться в русских университетах. Им все равно придется растрачивать средства на дорогу, для того чтоб добраться до центров тестирования, растрачивать силы и время на специальную подготовку к ЕГЭ.

Даже для поступления на внебюджетные места все равно требуется сертификат ЕГЭ.

Фактически без шансов на обучение в ведущих университетах останутся так именуемые льготные категории (дети-сироты, инвалиды, армейцы и пр.), не имеющие высшего балла по ЕГЭ. Это связано с тем, что университеты с высочайшим конкурсом будут обязаны поднять планку балла ЕГЭ, принимаемого к рассмотрению, до 75–80. В неприятном случае конкретно льготные категории займут все экономные места и абитуриенты с высшим баллом не будут зачислены.

Пункт 2-ой – «коррупция». Обеспечить беспристрастный прием в каждом определенном вузе еще проще, чем по всей стране. Для этого должна быть внедрена безымянная, независящая проверка письменных работ. Такие технологии есть, и они удачно используются в почти всех университетах. Приводятся числа, что в прошедшем году уровень коррупции в университетах снизился вдвое. Допустим, хотя неясно, кто и как это подсчитал. Но кто оценивал уровень коррупции при сдаче ЕГЭ? Видимо, пока он не высок. Но,

как ЕГЭ станет единственным методом попадания в престижный университет, центр масс коррупции будет перетекать в эту сферу. «Спрос рождает предложение». А методы получения необъективной оценки найдутся.

Утечка экзаменационных материалов, подтасовка результатов, внедрение технических средств передачи инфы, подделка сертификатов, вербование подставных лиц для сдачи экзамена.

Вырастет армия жуликов и шарлатанов, которые будут дурачиться наивных родителей, готовых на все, только бы их чада поступили в хотимый университет. Возрастет спрос на справки об инвалидности, дающие право на внеконкурсное поступление, потому что не будет ужаса получить двойку на вступительном экзамене. Довольно иметь сертификат по 75–80 баллов за каждый предмет, такую справку – и место в престижном вузе гарантировано. В приемных комиссиях вузов уже замечают совсем здоровых абитуриентов, представляющих справки об инвалидности.

Репетиторство не пропадет. Им будут заниматься наименее квалифицированные учителя и преподаватели, ну и не только лишь. В армию репетиторов вольются студенты, аспиранты, бюрократы. Зависимо от расценок каждый отыщет для себя клиентов. Приготовить к сдаче ЕГЭ легче, чем дать человеку познания, обучить мыслить. А что отвратительного в репетиторстве? Личные занятия во все времена были эффективнее, чем коллективные. Они учитывают личные возможности различных учеников, позволяют отыскать более оптимальные методы подготовки. Ученики были у Сократа, Пифагора, Ньютона, у многих величавых ученых. Так зарождались научные школы. Биться нужно не с репетиторством, а с псевдорепетиторством – с теми вариантами, когда к репетитору обращаются не для получения познаний, а только из-за того, что он является членом экзаменационной комиссии и может воздействовать на итог.

Угроза коррупции нависнет и над олимпиадным движением. Предметные олимпиады различного уровня сейчас дают возможность поступления в университеты или без экзаменов, или засчитывая высший балл по соответственной дисциплине. С введением ЕГЭ количество принимаемых по олимпиадам абитуриентов непреклонно вырастает.

В неких университетах ими занята большая часть экономных мест. Армия репетиторов переключилась на подготовку к олимпиадам. Часто репетиторством занимаются члены методических комиссий и жюри. Вырастает число фаворитов и призеров олимпиад. А ведь олимпиада должна выявить более профессиональных школьников. Представьте для себя, что на Олимпийских играх определяют не наилучшего спортсмена, а наилучших 10, 20, 50 по каждому виду спорта. Нонсенс!

Пункт 3-ий – «упростит функцию поступления». Казалось бы, так. Разослал документы в различные университеты – и ожидай для себя результата. Внимательное чтение проекта «Порядка приема в муниципальные и городские образовательные учреждения высшего проф образования», разработанного Минобрнауки РФ, указывает, что многие школьники, стремящиеся попасть в университеты с высочайшим конкурсом, останутся «у разбитого корыта». Дело в том, что, после отказа в приеме в хотимый университет в связи с недобором баллов у абитуриента из далекого уголка Родины фактически не остается времени на предоставление оригиналов документов об образовании в равноценный университет. В наилучшем случае он может рассчитывать на внебюджетные места. В то же время полная путаница будет и у вузов.

Университеты, не дождавшись оригиналов документов от претендентов на зачисление, обязаны будут объявлять донабор, в подвешенном состоянии будут находиться те, кто вожделеет учиться на внебюджетных местах, масса документов будет теряться в отделениях связи. В итоге на переписку будет уходить все лето, учебный процесс для первокурсников начнется с запозданием, а масса абитуриентов, при этом с довольно высочайшим баллом, останутся «за бортом». Ничего этого не происходит, когда абитуриенты приезжают в учебное заведение для сдачи вступительных испытаний. Потому

университетам с высочайшим конкурсом нужно разрешить провести хотя бы одно дополнительное к ЕГЭ испытание. Что может быть справедливее очного соревнования нескольких претендентов на одно место, проведенного в одно и то же время по одним и этим же правилам?

Представьте для себя чемпиона мира по прыжкам либо бегу на 100 метров, которого обусловили не на очных соревнованиях, а по результату, показанному у себя в городке.

Пункт 4-ый – «сравнение уровня знаний». Эта задачка полностью выполнима, если снять с ЕГЭ функцию поступления в университеты, а бросить только функцию аттестации уровня преподавания в школах и уровня познания учеников. Сходу закончится «погоня за баллами», натаскивание выпускников, характеристики ЕГЭ станут более беспристрастны. В законе о ЕГЭ довольно поменять «обязать принимать результаты ЕГЭ в качестве вступительных испытаний» на «разрешить» – и все встанет на свои места. Многие муниципальные и коммерческие университеты, в каких нет огромного конкурса, с наслаждением заместо необходимости проводить вступительные тесты будут засчитывать результаты ЕГЭ.

Понизить ажиотаж вокруг популярных учебных заведений, уровень коррупции при поступлении, повысить доступность высококачественного высшего образования можно, подняв уровень образования в региональных университетах.

Разве поехал бы профессиональный мальчишка из глубинки в Москву, если б он сумел получить не плохое образование в местном институте? Но сейчас он обязан покидать семью, дом, возлюбленный город, поменять обычный стиль жизни, чтоб получить высококачественное высшее образование. Задачка состоит в том, чтоб достойный уровень высшего образования можно было получить не только лишь в Москве и Санкт-Петербурге, да и в почти всех городках и областях. Нужно не плодить бессчетное количество коммерческих вузов, а развивать имеющиеся научные школы, крепить вещественную базу высшего образования, внедряя прогрессивные способы обучения, современное оборудование. Сейчас большая часть родителей вне зависимости от уровня собственных доходов понимают необходимость вложения средств в образование собственного малыша. Хотелось бы, чтоб и на муниципальном уровне была осознана эта необходимость и программка возрождения русской образовательной системы была реализована. Все положительное, что было наработано в процессе проведения опыта по ЕГЭ, нужно использовать при реализации этой программки. К примеру, технологии проверки тестовых заданий с внедрением сканеров могут быть удачно использованы университетами в учебном процессе.


Интересные материалы: