Точно в цель
Нубар Афеян занимается биотехнологиями уже больше 20 лет, с того времени как после получения степени по инженерной биохимии в МТИ запустил собственный 1-ый стартап PerSeptive Biosystems. За этот период времени он инвестировал в несколько 10-ов компаний, занимающихся разработками в области биотехнологий, медицины и компьютерных наук, в последние 10 лет — через сделанный им фонд Flagship Ventures.Конкретно биотехнологии обеспечат прорыв в последующие пару десятилетий, уверен Афеян. Диапазон их применений необыкновенно велик: от медицины до хим индустрии. Приобретенные при помощи способов генной инженерии лекарства сумеют вылечивать неизлечимые сейчас заболевания, такие как рак либо поражения мозга. При всем этом эффективность новых фармацевтических средств будет существенно выше, чем сегодняшних, а сами они будут более неопасными для пациентов. «Обороты лекарственного бизнеса громадны, но 50% фармацевтических средств, которые выписывают клиентам, просто не работают», — отмечает Афеян. Почему так происходит? Из-за неправильной постановки диагноза, также из-за того, что мы еще пока плохо знаем некие заболевания. «Нет такового заболевания, как рак. Есть сотки болезней, которые объединяют одним названием», — разъясняет венчурный капиталист.
Соответственно, для каждого из их необходимо свое лечущее средство. Раковые клеточки той либо другой разновидности создают особенные белки — биомаркеры, по которым и реально отличить нездоровые клеточки от здоровых, продолжает Афеян. Лекарства грядущего — это сложные молекулы, которые будут реагировать на эти биомаркеры и внедряться только в пораженные клеточки. Так можно вылечивать и многие другие заболевания. В данном случае исцеление будет точечным, а фармацевтические препараты не воздействую на здоровые клеточки, исключая побочные эффекты.
А вот исцеление при помощи стволовых клеток может и не оправдать надежд. Хотя сама мысль звучит очень интригующе: стволовые клеточки могут преобразовываться в клеточки всех типов, что позволяет восстанавливать ткани и в перспективе — даже отдельные органы. Последние сообщения о том, что стволовые клеточки можно получать не только лишь из зародышей, да и даже из обыденных клеток взрослого человека, очень обнадеживают: так решаются многие трудности, в том числе и этические. Правда, вправду ли клеточная терапия может стать панацеей — большой вопрос. «Особенность стволовых клеток в том, что они могут нескончаемо делиться и преобразовываться в любые другие клеточки. Но схожим образом действуют и раковые клетки», — показывает бизнесмен. И нет никаких гарантий, что стволовые клеточки, будучи помещенными в организм пациента, будут развиваться в подходящем направлении и остановятся в подходящий момент.
Химия на грядках
Еще больше захватывающим смотрится применение биотехнологий в хим индустрии. Ведь клеточки с модифицированным геномом могут создавать самые разные вещества — довольно только внести нужные конфигурации в ДНК. Нубар Афеян разъясняет процесс на примере получения биотоплива. Что при всем этом происходит? Берется биомасса, содержащая целлюлозу, в которую добавляются культуры микробов, разлагающих целлюлозу на обыкновенные сахара. Потом в дело вступают другие мельчайшие организмы, которые перерабатывают сахара в этанол — так же как и тысячелетиями применяемые для той же цели дрожжи. «Но почему бы не соединить две эти функции в одном организме, добавив участки ДНК 1-го из микробов в ДНК другого?» — спрашивает Афеян. Этанол далековато не единственное вещество, которое можно получать таким макаром. Мельчайшие организмы способны производить даже бензин либо дизельное горючее, которые будут подобны получаемым обычным методом. Более того: экспериментируя с ДНК, можно получать фактически любые вещества, которые на данный момент добывают из углеводородного сырья. В лабораторных критериях такие клеточные реакторы уже дают маленькие количества биотоплива. Вопрос в том, как сделать промышленное создание. «Предстоит сделать еще много работы, но лет через 10-15 такие производства будут занимать приметную долю», — уверен Афеян.
Внедрение на генном уровне измененных организмов для переработки биомассы в горючее только промежный шаг. Ценный компонент биомассы — это целлюлоза, а она выходит из атмосферного углекислого газа под действием солнечного света. Так почему бы не сделать организм, который будет захватывать из воздуха углекислоту и сходу перерабатывать ее в требуемые вещества? При всем этом отпадет необходимость в широких полях, где выращивается биомасса, за что критикуют поборников биотоплива.
Био генераторы горючего заодно позволят решить и другую делему — регулирования уровня углекислого газа, о чем продвинутые страны не могут условиться уже которое десятилетие. «Если мы используем нефть, то, на самом деле, высвобождаем углекислый газ, взятый из атмосферы миллионы годов назад и превратившийся в углеводороды. А используя производящие горючее бактерии, мы сокращаем цикл до нескольких дней: производимая углекислота будет снова перерабатываться в топливо», — ведает Афеян. Выходит фактически безотходный цикл, где расходуется только дармовая солнечная энергия.
Конец энергетической сверхдержавы
Над получением биотоплива в промышленных масштабах население земли бьется с 1970-х, но пока успехи умеренны. Безубыточным биотопливо выходит только в Бразилии, другие страны дотируют его создание. На данный момент оно дороже резко подешевевшей нефти. Но это на короткий срок. «Cлишком не достаточно месторождений с низкой себестоимостью добычи. Означает, стоимость нефти и газа будет расти», — предупреждает Афеян.
Производящие нефтепродукты мельчайшие организмы придутся как нельзя кстати. Цена приобретенной таким методом нефти уже относительно невелика. А в странах, где нет собственных источников нефти и газа, такое создание может стать главным. Ожидать, что производимое на генном уровне измененными организмами горючее стремительно поменяет нефть, навряд ли стоит. «В добычу и переработку нефти и газа вложены большие средства, и эти предприятия будут работать, чтоб окупить вложения. Но развитие пойдет за счет биотоплива», — рассуждает Афеян.
У Рф есть еще время, чтоб переориентироваться с экспорта нефти и газа, спрос на которые будет падать, на другие сектора экономики. Какие? «Это необходимо решать Рф. Главное — поставить впереди себя задачку, где должна находиться страна через 20 лет, а позже уже спорить, как этой цели достичь», — считает Афеян. Созданием госкорпораций, выдающих муниципальные средства на инноваторские проекты, не обойтись — необходимо воспитывать в гражданах предпринимательский дух. Тогда можно и совсем отрешиться от проводимых на муниципальные средства исследовательских работ. «По моему опыту, в муниципальных лабораториях люди изредка делают огромные открытия. Они, обычно, происходят в институтах либо личных компаниях: там почаще готовы брать на себя риск», — делится Афеян. Главное — не мешать им рисковать.
Создатель Алексей Непомнящий Источник www.smoney.ru
ужс я даже не могу представить как это больно 