Спокойно, я — Лёнька Пантелеев

Спокойно, я - Лёнька ПантелеевВ многолетней истории преступного мира Петербурга — Петрограда — Ленинграда нет более знаменитого персонажа, чем Ленька Пантелеев. Можно смело утверждать, что он стал своего рода уголовной легендой. Причины? В пантелеевской истории тесно переплелись элементы детектива, авантюрного романа, психологического триллера, а порой и откровенного фарса. Так кем же был Леонид Пантелеев, громилой — убийцей или благородным разбойником?

Леонид Пантелеев (настоящая фамилия Пантелкин, была изменена им в целях конспирации) родился в 1902 году в городе Тихвине, ныне Ленинградская область. Закончил начальную школу и профессиональные курсы, на которых получил престижную по тем временам профессию печатника — наборщика, затем работал в типографии газеты «Копейка». В 1919 году Пантелеев, еще не достигший призывного возраста, добровольно вступает в ряды Красной армии и отправляется на Нарвский фронт. Достоверно известно, что он принимал непосредственное участие в боях с армией Юденича и белоэстонцами, дослужился до должности командира пулеметного взвода.

Чем занимался Пантелеев после демобилизации, точно известно не было. И лишь совсем недавно подтвердились слухи — действительно, в это время он служил в органах ВЧК!

Текст архивной справки короток, но информативен: «Материалы отдела оперативных фондов… -личное дело №119135 на Пантелкина Леонида Ивановича, 1902 года рождения, уроженца города Тихвина, быв. Новгородской губернии. Как усматривается из материалов этого дела, Пантелкин Л.И. 11 июля 1921 года был принят на должность следователя в военно-контрольную часть дорожно-транспортной Чрезвычайной комиссии (ВЧКДТЧК) объединенных Северо-Западных железных дорог. 15 октября 1921 года переведен на должность агента-контролера в отдел ДТЧК в город Псков, а в январе 1922 года уволен по сокращению штатов. Номер приказа и конкретная дата увольнения не указаны».

В общем, понятно, из каких соображений эти факты широко не афишировались. Чекист, ставший бандитом, — идеальная почва для разнообразных спекуляций. Так или иначе, в начале 1922 года Пантелеев оказался в Петрограде, сколотил небольшую банду и принялся за грабежи. Состав банды был довольно пестрым. В нее входили сослуживец Пантелеева по Псковской ВЧК Варшулевич, Гавриков, бывший во время гражданской войны комиссаром батальона и членом РКП(б), а также профессиональные уголовники типа Александра Рейнтопа (кличка Сашка-паи) и Михаила Лисенкова (кличка Мишка Корявый).

Первой серьезной акцией группы Пантелеева стал напет на квартиру известного петроградского меховщика Богачова. 4 марта 1922 года, в три часа дня, когда хозяев не было дома, три налетчика с револьверами в руках ворвались в квартиру, связали прислугу. Взломав шкафы и ящики, бандиты забрали находившиеся в доме ценности и спокойно вышли через черный ход. Ровно через две недели банда Пантелеева ограбила квартиру доктора Грилихеса, занимавшегося частной практикой. Почерк налетчиков был тот же — средь бела дня они под видом пациентов проникли в квартиру, ограбили ее владельца и скрылись.

Весной 1922 года о банде Пантелеева заговорил весь Петроград. Дело в том, что, совершая налеты, Ленька сначала стрелял в воздух, а затем обязательно называл свое имя. Это был психологический ход — бандиты создавали себе авторитет, а заодно подавляли волю своих жертв, их способность к сопротивлению. Причем на «гоп-стоп» налетчики брали только богатых нэпманов, не трогая обычных обывателей. Более того, некоторым симпатичным оборванцам и беспризорникам Пантелеев лично выделял небольшие суммы денег, чем снискал себе славу «петроградского Робин Гуда».

Почти два года это имя приводило в трепет владельцев булочных, кафе, мануфактурных магазинов и бакалейных лавок. Ленька Пантелеев был грозой нэпманов и королем городских уголовников. Его налеты отличались неслыханной дерзостью, изобиловали легендарными деталями и романтическими подробностями. Профессиональный грабитель и матерый налетчик, он любил то особое, бандитское молодечество и щегольство, которое в те годы так восторженно воспринимал преступный мир. После каждого налета Ленька Пантелеев имел обыкновение оставлять в прихожей ограбленной квартиры свою визитную карточку, изящно отпечатанную на меловом картоне, с лаконичной надписью: «Леонид Пантелеев — свободный художник-грабитель». На обороте этой карточки Ленька неизменно надписывал четким, конторским почерком (сам он был из телеграфистов): «Работникам уголовного розыска с дружеским приветом. Леонид».

После особенно удачных налетов Леньке нравилось переводить по почте небольшие суммы денег в университет, Технологический институт и другие вузы. «Прилагая сто червонцев, прошу распределить оные среди наиболее нуждающихся студентов. С почтением к наукам Леонид Пантелеев». Но больше всего он любил появляться в нэпманских квартирах в те вечера, когда там пышно справлялись именины хозяйки, свадьба или праздновалось рождение ребенка. О таких семейных торжествах Ленька загадочными путями узнавал заранее. В этих случаях Ленька всегда появлялся в смокинге, далеко за полночь, в самый разгар веселья. Оставив в передней двух помощников и сбросив шубу на руки растерявшейся прислуге, Ленька возникал, как привидение, на пороге столовой, где шумно веселилось избранное общество. «- Минутку внимания, — звучно произносил он, — позвольте представиться: Леонид Пантелеев. Гостей прошу не беспокоиться, хозяев категорически приветствую!..»

В комнате немедленно устанавливалась мертвая тишина, изредка прерываемая дамской истерикой. «- Прошу кавалеров освободить карманы, — продолжал Ленька, — а дамочек снять серьги, брошки и прочие оковы капитализма…» Спокойно и ловко он обходил гостей, быстро вытряхивая из них бумажники, драгоценности и все, что придется.»- Дядя, не задерживайтесь, освободите еще и этот карман… Мадам, не волнуйтесь, осторожнее, вы можете поцарапать себе ушко… Молодой человек, не брыкайтесь, вы не жеребенок, корректней, а то хуже будет… Сударыня, у вас прелестные ручки, и без кольца они только выиграют». Не проходило и десяти минут, как все уже были очищены до конца.»- Се-ме-э-н,» — кричал Ленька в прихожую, и оттуда вразвалку, как медведь, медленно и тяжело ступая, выходил огромный косолапый дядя с вытянутым, как дыня, лицом. «- Семе-э-н,» — продолжал Ленька с тем же французским прононсом, -займитесь выручкой.» Помощник, сопя и тяжело вздыхая, укладывал в большой кожаный мешок груду часов, бумажников, колец и портсигаров. За столом по-прежнему царила мертвая тишина. Когда Семен кончал свое дело, Ленька снова отсылал его в прихожую и садился к столу. Он молча наливал себе бокал вина и, чокаясь с хозяйкой, пил за ее здоровье. Потом, сделав изысканный общий поклон, он удалялся, не забывая оставить в прихожей свою визитную карточку.

Но дело в том, что все эти романтические подробности и эксцентричные выходки были только дешевой бутафорией и циничной игрой. Под грубо и наивно намалеванной маской «грабителя-джентльмена», смельчака, рыцаря, «рубахи-парня» и «грозы нэпа» в действительности скрывался и жил расчетливый, жадный, холодный и очень опасный уголовный преступник, не останавливавшийся перед самыми тяжкими преступлениями. Ленька бесстыдно и жестоко эксплуатировал даже своих сообщников, неуклонно присваивая себе львиную долю и посылая их на особенно опасные дела. Он буквально подавлял их ложным великолепием своих манер, парикмахерской изысканностью речи, мишурным блеском своей репутации. И они прощали ему все: и пренебрежительный тон,и беззастенчивый дележ «прибылей», и грубые окрики, и даже нередкие оплеухи. В этом тесном уголовном мирке он был признанным и полновластным королем. Его приказания были безоговорочны, его желания священны, его решения непререкаемы. Он же относился к своим «мальчикам» (так называл он своих сообщников) с нескрываемым презрением и в случае нужды готов был, не задумываясь, пожертвовать каждым из них в отдельности и всеми вместе.

Милиция серьезно занялась дерзкой бандой. Налетчики решили ограбить обувной магазин «Кожтреста», находившийся на углу Невского проспекта и улицы Желябова. Но здесь их уже ждала засада. Бандиты оказали при задержании ожесточенное сопротивление, открыв огонь из револьверов. Перестрелка вскоре переросла в рукопашную схватку. Пантелеева удалось скрутить только после того, как его оглушили. Во время перестрелки в зале магазина погиб помощник 3-го отделения милиции Бардзай.

Побег из тюрьмы

Под усиленной охраной налетчиков доставили в 1-й исправдом -ныне следственный изолятор «Кресты». Следствие продвигалось быстро, и уже в октябре обвиняемые Леонид Пантелеев, Николай Гавриков, Михаил Лисенков и Александр Рейнтоп предстали перед судом.

Оказавшись на скамье подсудимых, Пантелеев вел себя уверенно и даже нагло. Он сыпал блатными словечками, ругался матом, читал наизусть стихи Сергея Есенина, пытался петь похабные песни и даже умудрился закрутить «платонический» роман с невестой своего адвоката, которая регулярно посещала процесс. В общем, произвел самое благоприятное впечатление на публику.

На вопросы прокурора Ленька отвечал дерзко и, в конце концов, заявил; «Граждане судьи, к чему весь этот балаган? Все равно я скоро сбегу». И действительно, в ночь с 10 на 11 ноября Леонид Пантелеев с тремя подельниками совершил побег из строгоохраняемой тюрьмы «Кресты». Сбежать из тюрьмы во все времена было делом непростым. А из «Крестов» — уж тем более.

Другие статьи:
Интернет журнал НЛО МИР

Всего комментариев: 0

Оставить комментарий

*

code

Редакция рекомендует

close
x