Взаимодействие науки и власти в контексте реформ

Взаимодействие науки и власти в контексте реформ

Васильев Миша

К науке перебежала революционизирующая, активная роль в системе наука – разработка – техника – создание. Она открывает новые классы веществ, процессов и др., на базе результатов базовых исследований появляются принципно новые отрасли производства, которые не могли бы развиться конкретно из предыдущей производственной практики (атомная индустрия, современная радиоэлектронная и вычислительная техника, квантовая электроника, генная инженерия, нанотехнологии и т.д.).

Совместно с тем резко растет связь разных публичных процессов и явлений, что увеличивает значение всеохватывающего подхода к решению хоть какой общественно важной трудности.

В этой связи нужно тесное взаимодействие публичных, естественных и технических наук, их органическое единство, которое способно во все растущей мере оказывать влияние на увеличение эффективности публичного производства, ускорение общественного прогресса. В продвинутых странах совокупа высококачественных конфигураций в технике, технологии и производстве, происходящих под воздействием научных достижений и открытий, оказывает мощнейшее воздействие на всю систему социально-экономических отношений в обществе, обеспечивает восхождение к более развитым формам публичной жизни, ведущих к росту социальной справедливости, соц свобод и благосостояния людей.

Более того, сейчас вопрос о научно-техническом потенциале страны, является центральным, как в международном разделении труда, так и в процессе формирования глобальной, постиндустриальной экономики. На самом деле, это вопрос о рассредотачивании власти в планетарном масштабе, об установлении нового мирового порядка в XXI веке. Можно утверждать, что научно-техническое преимущество страны становится стратегически принципиальной силой, обеспечивающей нужное владельцу этого достоинства перераспределение политических, экономических, природных либо других глобальных ресурсов.

Страны, не уделяющие подабающего внимания системе наука – разработка – техника – создание, рискуют оказаться не только лишь на периферии глобального экономического общества и прогресса, да и попасть в новейшую колониальную зависимость – технологическую, с неминуемой перспективой оказаться сырьевым придатком более развитых в научно-техническом и экономическом отношении государств. Но формирование и развитие научно-технического потенциала, уровень и качество результатов достигаемых от его раскрытия, значительно зависят от историко-географических критерий, наличия природных и других ресурсов, социально-экономических и культурных причин, рационального выбора стратегий и способов деяния правительств.

В современной Рф взаимодействие науки и власти опосредовано сложной системой органов гос власти, социально-политических отношений, формальных и неформальные политических структур. Эффективность и результативность, выстроенного в процессе реформ, взаимодействия власти и науки, характеризуется последующими фактами и показателями. Спустя полтора десятилетия после распада СССР наша наука растеряла половину кадров, и на порядок сократилось финансирование научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР). По этому показателю Наша родина уступает не только лишь США, где объем финансирования НИОКР более чем в 15 раз превосходит русский уровень, да и каждой из государств “семерки”, также Корее, Китаю и Индии.

По интенсивности научно-исследовательской деятельности, измеряемой толикой расходов на науку в использовании ВВП, Наша родина опустилась до уровня Новейшей Зеландии и Чехии. А по затратам на НИОКР на душу населения Наша родина на порядок уступает Швеции и вчетверо Австралии.

Издержки на НИОКР в 2005 г. составили – 1,29% от ВВП, в том числе на штатские исследования – 0,8% от ВВП. Это в три раза меньше уровня, соответствующего для продвинутых стран, и в два раза меньше уровня, нужного для поддержания хотя бы обычного воспроизводства сохраняющегося еще в Рф научно-технического потенциала . Отметим также, что за последние 10–15 лет реальное финансирование научно-технической сферы по сопоставлению с 1991 г. сократилось в 15–20 раз и оказалось существенно ниже критичного (2,0% от ВВП) порога устойчивого развития и уровня технологической безопасности.

По абсолютным затратам на науку Наша родина сейчас приблизительно в 5 раз уступает Германии, в 7 раз Стране восходящего солнца и в 17,5 – 100 раз США. Все последние годы длится старение и сокращение научных кадров. Численность персонала, занятого исследовательскими работами и разработками, свалилась к истинному времени до 43% по сопоставлению с дореформенным уровнем. Сразу понижается и квалификационный уровень исследователей.

Заработная плата русских ученых неоднократно ниже забугорных коллег. В 2004 – 2005 годах среднемесячная заработная плата в отрасли “Наука и научное сервис” составляла приблизительно 10 тыщ рублей. За последние годы, сколько ни будь осязаемого увеличения благосостояния работников экономной сферы, в том числе и русских ученых, не вышло, так как рост зарплат, фактически стопроцентно, поглощался неуклонным ростом цен по всему диапазону продуктов и услуг.

Посреди современных русских научных журналов приблизительно 1,66% от мирового количества реферируемых журналов с ненулевым импакт-фактором имеют более-менее весомый импакт-фактор. При всем этом средний импакт-фактор научного журнальчика в мире составляет 1,673 в Рф — 0,439 т.е. в 3,8 раза ниже. В мире, в год публикуется более 1 миллиона научных статей (учитываются только публикации в журнальчиках с ненулевым импакт-фактором), в Рф — 25,5 тыщ.

По индексу конкурентоспособности, которым измеряются результаты наукоотдачи, Наша родина находится на 62–м месте, уступая Китаю, Индии и Казахстану. В Рф употребляется примерно 10% инноваторских мыслях и проектов, в США и Стране восходящего солнца более 60 и 90% соответственно; только одно из 500 патентованных изобретений находит применение в русской индустрии. Сейчас русским «ноу-хау» принадлежит только 0,2 – 0,3% мирового рынка наукоемкой продукции, в то время как толика США составляет – 36%, Стране восходящего солнца – 30% и Германии – 16 %.

Все эти факты со всей очевидностью свидетельствуют о том, что власть уже много лет не может найти ни приоритетных направлений развития науки и техники, ни сделать нужные условия не то что для развития, но даже для сохранения и действенного использования имеющегося научно-технического потенциала. Следствием проводимых властью реформ постоянно оказывается сокращение численности ученых и научных организаций, утечка разумов за предел и ликвидация целых научных школ, пользовавшихся заслуженным авторитетом в мировой науке.

Необходимость поддержки науки в Рф находит осознание и посреди мировой научной общественности. На состоявшемся в 2004 году в Стокгольме форуме ученых, объединенных европейской организацией “Евросайенс” (“Euroscience”), отмечалось, что русская наука является мировым достоянием, и то, что она в текущее время обескровлена, представляет огромную опасность и для европейской науки. Таким макаром, выстроенное в процессе реформ взаимодействие власти и науки, навряд ли, может быть признано сколько-либо конструктивным либо удовлетворительным. По еще больше жестким оценкам, русская наука существует не столько благодаря, сколько вопреки, проводимой властью научно-технической политики.

Совместно с тем, разрушение научно-производственного потенциала страны, деградация русской науки, это – не просто следствие несостоятельности научно-технической политики, экономических, политических либо других проблем, это, отражение сегодняшнего состояния русского общества в целом. Анализ сложившейся ситуации в стране, с внедрением методики предельно-критических характеристик развития (ПКПР), свидетельствует, невзирая на относительно благополучные макроэкономические характеристики, об устойчивых негативных тенденциях, появившихся в процессе реформ проводимых “сверху”, и реальной угрозы: разрушения промышленного потенциала страны; стратегической зависимости от импорта; формирования колониально-сырьевой структуры экономики и ее технологическом отставании; разрушения научно-технического потенциала; антогонизации социальной структуры и люмпенизации населения; деквалификации рабочей силы; насыщенной депопуляции; понижения жизнеспособности страны; делигитимации и отторжения базисных институтов власти; утраты культурного наследства. На самом деле, мы являемся очевидцами и участниками латентного по форме, и системного по содержанию кризиса, который затрагивает сразу все важные сферы жизнедеятельности русского общества, все его главные университеты. Это кризис искусства и науки, права и морали, воспитания и образования, стиля жизни и характеров. Это кризис форм и содержания социальной, политической и экономической организаций общества, включая институт брака и семьи.

Как следует, вопросы взаимодействия власти и науки, сохранения и действенного использования имеющегося научно-технического потенциала, выбора приоритетных направлений развития науки и техники, нужно рассматривать как неотъемлемую часть общей стратегии государственного возрождения и динамического развития страны.

В феврале месяце 2008 г. на заседании Госсовета была представлена президентская стратегия социально-экономического развития Рф до 2020 года (дальше – Стратегия), которая основываться на разработанной правительством Концепции социально-экономического развития страны (дальше – Концепция). В Стратегии верно определены ценности гос политики: инвестиции в человечий капитал, подъем образования, науки, здравоохранения, построение государственной инноваторской системы, развитие наших естественных преимуществ и модернизация экономики, развитие ее новых конкурентоспособных секторов в высокотехнологических сферах экономики познаний, реконструкция и расширение производственной, социальной и денежной инфраструктуры.

Но принятие политического решения главой страны о переходе на инноваторский путь развития совсем не значит его автоматического выполнения. Для реализации поставленных целей требуется сделать суровые усилия по преодолению сопротивления влиятельных сил, заинтересованных в энергосырьевом сценарии развития. Их интересы видны в ряде принципных положений Концепции, следование которым делает практически неосуществимым реализацию инноваторского сценария развития, прописанного в Стратегии. Это, а именно, устойчивое расширение экспорта сырья и еще большее повышение экспорта нефти и газа, опережающее увеличение тарифов на газ и электроэнергию, существующая денежно-кредитная политика; неэффективность налоговой системы, не соответствие госрасходов на соц развитие среднемировому уровню. Разумеется, что при таком использовании важных инструментов гос политики, ставится под колебание не только лишь сохранение и развитие научно-технического потенциала страны, да и переход экономики на инноваторский путь развития, возвращение Рф в число глобальных технологических фаворитов.

Добавим к этому, что имеющийся опыт реформирования жилищно-коммунального хозяйства, трудовых отношений, пенсионного обслуживания, образования, науки, Вооруженных сил РФ и др. указывает – конечные цели этих реформ исходя из убеждений того, что они дадут стране и народу дебатируются в главном в среде политической элиты. Половина муниципальных служащих и подавляющая часть населения даже примерно не знают смысл и целей реформ. Согласно результатам социологических опросов, усматривали огромные шансы заслуги фуррора в проведении реформы гос службы только 27% опрошенных профессионалов, административной реформы – 19%, судебно-правовой – 16%, других реформ – от 13,5 до 7%. Но если люди, проф служебная деятельность которых состоит в обеспечении выполнения возможностей органов власти, де-юре провозгласивших и проводящих реформы, не понимают смысла этих реформ и не убеждены в их успехе, то они не хотят и не могут содействовать достижению положительного результата .

Один из общих выводов, основанный на всей совокупы материалов исследовательских работ, такой: сформировавшаяся политико-административная система в русском обществе тормозит социально-экономическое развитие страны. Отметим, что и сейчас, как демонстрируют социологические исследования, уровень информированности населения о государственных проектах как и раньше остается низким, и россияне относятся к их реализации скептически. За прошедший год продолжал понижаться и без того низкий уровень доверия по отношению к жилищной и сельскохозяйственной реформам.

Показательна оценка, сложившейся ситуации с русскими реформами, высказанная разработчиком, спикером и “мотором” ряда важных реформистских планов, научным управляющим ЦСР — Мишей Дмитриевым: «Мы не имеем на сей день какого-то окончания истории с русскими реформами,…». И дальше: «Если уж гласить в целом, то, по сути, ни одна реформа в Рф не осуществлялась идеально». Из тезисов М. Дмитриева с необходимостью вытекает, что реформы могут осуществляться неограниченно длительно, а конечная цель реформ, на самом деле, состоит конкретно в самих же реформах, при этом таких, за которыми, часто, ясно видны алчные интересы отдельных групп политиков и реформаторов. Но эра реформ не может продолжаться подольше жизни 1-го поколения. Безизбежно наступает вялость населения от реформ и нужды повсевременно к ним адаптироваться, происходит скопление негативной социальной энтропии, предстоящее обострение публичных противоречий, потом следуют фазы отката, контрреформ, депрессии и непостоянности. На заключительном шаге происходит окончательная деградация страны с следующим перевоплощением ее в сырьевой придаток более развитых в научно-техническом и экономическом отношении государств.

Резюмируя вышеизложенное, можно заключить.

Кризис взаимодействия власти и науки, деградация и разрушение научно-технического комплекса, есть отражение латентного по форме, и системного по содержанию кризиса, который затрагивает сразу все важные сферы жизнедеятельности русского общества.

Сформировавшаяся система использования важных инструментов гос политики: устойчивое расширение экспорта сырья; повышение экспорта нефти и газа; опережающее увеличение тарифов на газ и электроэнергию; существующая денежно-кредитная политика; неэффективность налоговой системы; не соответствие госрасходов на соц развитие среднемировому уровню, обрекают научно-технический комплекс на последующую деградацию и окончательное разрушение.

Трудности взаимодействия власти и науки, сохранения и действенного использования имеющегося научно-технического потенциала, выбора приоритетных направлений развития науки и техники, нужно рассматривать как неотъемлемую часть общей стратегии государственного возрождения и динамического развития страны.

Центральная мысль и смысл ядра стратегии должна состоять в том, чтоб в рамках единой цели, которой является поддержка динамического развития общества, соединить правительственную, общественную и бизнес стратегии, и сделать меж организациями, обществами, гражданами и другими компонентами общества действенные обоюдные связи на всех вероятных государственных, региональных и местных уровнях. Главным моментом тут является охват всех секторов и участников не только лишь на стадии разработки стратегии, но, что может быть более принципиально, в процессе ее реализации. При всем этом каждый участник должен делать определенную роль и иметь свои определенные обязательства.

Для того чтоб усилить реально имеющиеся способности и соединить наличные ресурсы, нужно сделать стратегические партнерства. Такие партнерства позволят преодолеть недостающий уровень развития текущих рыночных устройств и сделать нужные условия для удачной деятельности разных секторов и всех участников стратегии, в процессе заслуги конечных целей стратегии. Опыт указывает, что в одиночку ни правительство, ни личный сектор не могут добиться конечной цели, так как каждый находится в зависимости от результатов сотрудничества вместе.

В конце концов, штатское общество, и это очень принципиально, должно быть активным участником реализации всех требований ядра стратегии и способствовать тому, чтоб любые реформаторские инициативы реализовывались в серьезном согласовании с ценностями и целями единой стратегии государственного возрождения и динамического развития страны.

Другие статьи:
Интернет журнал НЛО МИР

Всего комментариев: 0

Оставить комментарий

*

code

Редакция рекомендует

close
x