Как девушки ломают себе кости, чтобы удлинить ноги

Как девушки ломают себе кости, чтобы удлинить ноги

«НЛО МИР» поговорила с четырьмя пациентками Центра Илизарова, которые были настолько недовольны формой своих ног, что решились исправить ее хирургическим путем. Кошмар активиста движения «боди-позитив» и вообще поучительная история.

Курган известен на всю страну как город, в котором расположен Илизаровский центр — место, где лечат различные патологии костей и суставов, исправляют кривизну конечностей и увеличивают рост. Все это возможно благодаря работе Гавриила Абрамовича Илизарова, который жил и трудился в Кургане и шестьдесят лет назад изобрел аппарат, способный сжимать и растягивать кости. Внешне он напоминает конструктор для взрослых, который собирается индивидуально для каждого пациента. В Илизаровском центре занимаются не только патологиями костей и лечением травм — многие приезжают сюда, чтобы сделать эстетическую операцию: удлинить ноги или исправить их кривизну. С каждым годом количество пациентов, которые приезжают в Курган за идеальными ногами, растет.

Коррекция ног — одна из разновидностей пластической операции, позволяющая изменить визуальную форму ног. Популярность этой операции возросла благодаря доступности цен в России и спросу на ровные ноги у женщин. Зачастую несовершенства видят только сами пациенты. Увеличение груди или изменение формы губ давно стало нормой, а пластические операции на ногах, как утверждают пациентки центра, до сих пор табу. «Афиша» записала монологи четырех женщин, решившихся исправить собственные ноги.

Ольга (имя изменено), 40 лет, Екатеринбург, 4 года после операции

Я завидую людям, которые умеют себя любить такими, какие они есть.

В подростковом возрасте я поняла, что мои ноги — это некрасиво. Постоянно жила в страхе, что надо мной начнут смеяться на пляже, в компании. Поэтому я просто не ходила в люди, выдумывая разные отговорки, — стала человеком, который лишний раз не хочет показываться и быть самим собой. Бывало, от штанов меня тошнило, и я надевала юбку. В этом случае меня не покидало ощущение, что я иду по горящим углям, — казалось, все вокруг смотрят только на мои безобразные ноги.

Периодически накатывало отчаяние: я не могу быть привлекательной женщиной и носить короткое платье. Нам всю жизнь навязывают определенный стиль жизни и тип поведения. Например, читаешь в журнале «У какой женщины в гардеробе нет маленького черного платья? Стоит его надеть, и вы королева». И тут понимаешь: блин, а ты не женщина. У любой женщины есть маленькое черное платье, а у тебя нет и никогда не будет!

Первый раз я вышла замуж в 21 год. Не знаю, замечал ли бывший муж мой недостаток. Мы были знакомы со школы, прошли период юношеского обожания. Когда жили вместе, конечно, я не скрывала свои проблемы и какими-то моментами с ним делилась. Он, казалось, относился с пониманием. Но когда мы разводились, он намекнул, что в сравнении с его новой женщиной я не выигрываю: короткие юбки я не носила, никуда с ним не ходила. Было очень обидно и больно. При этом я никогда не испытывала недостатка в ухажерах. Но было ощущение, что все мужчины рядом до поры до времени, потому что я научилась искусно скрывать ноги. А когда они узнают, я услышу очередную правду о себе.

Второй раз я вышла замуж уже после 30. У него был дикий шок, когда я заикнулась об операции. Сначала он вообще не понял, что у меня не так. Потом я просто залезла на стол голой и сказала — смотри! Он удивленно спросил, что не так. Мужчины к нашим проблемам серьезно не относятся. Они считают, что это блажь, которая пришла женщине в голову.

За год до Илизарова я планировала коррекцию ног имплантами. Сходила на консультацию к хирургу в Москве, который ставит импланты в икры. Читала подробнее об этой операции в интернете: кто делал, как к этому относятся. И на одном из форумов была тема о том, что ведь кто-то (какой ужас!) ломает себе ноги. От имплантов отказалась. Поняла, что это не решит мою проблему: ноги очень худые, и будет неестественно выглядеть, да и отрицательных результатов у таких процедур довольно много. Народ ставит импланты, потом вынимает. Двойная операция и без толку потраченное время.

На мой взгляд, коррекция ног аппаратами — это вопрос возможностей и времени. Я была безработной, сидела с ребенком. Если бы у меня была работа, мне бы такая дурная мысль в голову не пришла, а если бы и пришла — я бы ее выгнала.

Однажды мы поехали в Курган в гости к родственникам, и муж предложил — если хочешь, давай заедем в Центр Илизарова и посмотрим. Пока мы ждали врача в Илизарова, около его кабинета стояла девочка в аппаратах на костылях. Вид у нее был жутковатый, а в ее молчании чувствовалась озлобленность. Я задала ей совершенно дурацкий вопрос, больно ли это. Она на меня посмотрела и чуть ли не закричала в ответ: «Конечно, больно!» Мне стало совсем дурно и хотелось поскорее убежать оттуда, но муж остановил.

Поговорили с врачом, он сообщил, что операцию можно сделать бесплатно по квоте. Он напишет направление, я его отнесу в Министерство здравоохранения, и через 2 месяца меня вызовут в больницу. С одной стороны, это воодушевляло, с другой — очень сильно пугало. Я была не готова к таким срокам, я даже не была уверена, что вообще хочу делать такую операцию. Сознательно сломать себе ноги — это немыслимо для нормального человека.

Квота пришла только через год. Я приехала в больницу и выяснила, что за это время тут многое изменилось. Врач был не так дружелюбен, вывалил на меня все ужасы и возможные последствия. Три дня до операции пациенты и медперсонал пытались меня отговорить. Но как бы я сказала, что ухожу? В больнице уже оформили все документы, выдали квоту, назначили дату операции, а я приду и скажу — до свидания. К тому же хотелось, конечно, получить результат.

Как оставить мужчину на несколько месяцев, пока ты в больнице? Среднестатистический мужчина пойдет искать утешение. Мы, конечно, подбадриваем себя мыслями, что мой-то, конечно, не такой! Но мы с мужем старше среднестатистических пар, которые обращаются в Центр Илизарова. Через многое вместе прошли, у обоих это второй брак. Без поддержки мужа, его энтузиазма я бы ничего не сделала. Сыну было меньше 5 лет. Муж одновременно работал и сидел с ребенком. Из родственников об операции знала только сестра. Причем у нее тоже есть проблема — она небольшого роста. Уже потом она призналась, что думала удлиниться, но когда посмотрела на меня, поняла, что ей ничего не надо. Вид ноги, проткнутой этими железками, вызывает у посторонних людей ужас.

Родители живут в другом городе и узнали обо всем, когда я уже сделала операцию. Мама до сих пор не может этого понять. Она человек религиозный, и для нее любое несогласие с тем, что тебе дано при рождении,- кощунство. Она, как и все, была в шоке, кричала по телефону: «Зачем? У тебя же все было нормально с коленями! Это же так страшно».

В аппаратах я проходила четыре месяца, через два уже была дома. Я ждала больше боли, чем получила. Я благодарна, что все обошлось без последствий. Сейчас бегаю, прыгаю, катаюсь на лыжах и, в общем-то, не ограничиваю себя ни в чем. Никаких болевых ощущений.

Я стала себя абсолютно по-другому чувствовать. Я осталась перфекционисткой, но теперь мне гораздо легче относиться к вещам. Теперь я смотрю на свои ноги и вижу, что они неидеальны. Ну и что? Я и так хороша! Я не знаю, каким волшебным образом я к этому пришла. Видимо, чтобы справиться с психологическими проблемами, мне нужен был переломный момент. То есть перелом. Теперь я спокойно ношу платья выше колен, а на пляже вообще не думаю о том, как выгляжу в купальнике.

Другие статьи:
Интернет журнал НЛО МИР

Всего комментариев: 0

Оставить комментарий

*

code

Редакция рекомендует

close
x