Минотавр был критским полководцем?

Минотавр был критским полководцем?Между их временем и наши лежит бездна тысячелетий, но жизнь героев далекой эпохи волнует нас, словно это было вчера. Жестокий Минос, кровожадный Минотавр, благородный Тесей, мудрая Ариадна — такими вошли в нашу память эти герои. А какими же они были действительно, без лоска и сгущения красок?

Начнем с того, что страшная дань, наложенная на Афины Миносом, была результатом договора о прекращении войны. А причиной этой войны стали отнюдь не чрезмерные приступы аппетита власти у Миноса, да и не банальное наслаждение резней и грабежом. Это была месть и не просто месть, а месть отца, лишившегося единственного сына, месть царя, династия которого оборвалась навсегда, месть воина, потерявшего товарища не в честном бою, а умерщвленного коварством…

Однажды пришел в Афины на праздник Андроген, сын могучего критского царя Миноса, и на играх победил в единоборстве всех лучших бойцов города. Такой позор поразил афинян и более всех других царя Эгея. Эгей решился извести победителя и послал его с этой целью на марафонского быка; расчет удался, и в битве с быком Андроген пал мертвым. Весть о его смерти быстро дошла до Миноса, находившегося тогда на острове Нарос, где он, по обету, приносил богам жертвы. Критский царь снарядил сильный флот и сам отправился с ним к берегам Аттики, собираясь отомстить вероломным афинянам за смерть своего сына. Покорив союзную с Аттикой Мегару, он расположился станом под Афинами и держал город в осаде.

Неудивительно, что к благородной мести критского царя «присоединились боги», карающие вероломных афинян. На их головы они обрушили недород и страшный мор, высушили реки. Гордым грекам пришлось отправлять послов с просьбой о мире.

За злодеяния отцов пришлось расплачиваться их детям. Отныне каждые девять лет афиняне будут посылать на Крит дань семерых не знающих брака юношей и столько же девушек.

Вам не кажется, что образ Миноса-злодея стал несколько светлее?

— Да, но убийство невинных детей, да еще и методичное, даже совершенное ради кровной мести, оправдать никак нельзя, — скажете вы в ответ. И будете тысячу раз правы.

Но все дело в том, что Минос не убивал детей, не скармливал их Минотавру и не губил в Лабиринте.

Он всего лишь поступал так, как поступали во все времена и, к сожалению, поступают даже сегодня: чтобы себя обезопасить, он взял заложников. Эти четырнадцать подростков и были заложниками, гарантией того, что их родители не ударят в спину победителю. Кстати, брались не первые попавшиеся, а те, чьи родители имели больше влияния на решение стратегических вопросов.

Кстати, по последним данным, правление царя на Крите тоже измерялось по девятилетиям. Видимо, некое сакральное событие каждые девять лет продлевало срок его правления. Согласно «Законам» Платона, Минос раз в девять лет беседовал с Зевсом в Идейской пещере.

Так что проку убивать заложников Миносу не было. Но побывать в Лабиринте юношам и девушкам довелось. Правда, Минотавра они там вряд ли видели, поскольку Лабиринт, по словам самих же критян, это всего лишь тюрьма, в которой узники отбывали наказание или ждали своей участи. Таким образом, Лабиринт чем-то сравним с Бастилией, поскольку оба строения служили тюрьмой и были одинаково ненавистны современникам.

Само же название лабиринт — часто производят от лабриса двустороннего древнегреческого топора. Лабрисы особенно часто встречаются при раскопках на острове Крит, где они, видимо, играли культовую роль и были своеобразным символом острова, а также считались атрибутом Зевса.

Итак, какую же участь придумал Минос афинским заложникам, томившимся в лабиринтах тюрьмы? Нет, он не оставлял их взаперти до скончания дней и не выжимал на каторжных работах последние силы из юных тел, но и не нежились в праздной лени дети предателей.

Он поступил очень и очень мудро, как говорится, одним выстрелом убил всех зайцев. Минос сделал четырнадцать заложников призом. Призом, за который боролись сильнейшие из сильнейших его государства.

Поскольку гладиаторской резни тогда еще не устраивали, да и до рыцарских турниров было еще ох как далеко, то силу и мастерство мужчинам приходилось демонстрировать, как бы сегодня сказали, в спорте. Итак, это были состязания, вошедшие в основу Олимпийских игр.

А вся вот эта демонстрация силы и ловкости, красоты здорового тела сильнейших из мужчин, сопровождаемая, естественно, празднествами и пирами, была посвящена памяти убитого сына Миноса и Пасифаи — Андрогена, победителя Афинских соревнований.

Итак, заложниками Минос обезопасил себя со стороны Афин. Утолил жажду мести, нанося боль родителям заложников. Устроив празднества в честь памяти сына, он нашел поистине царский подарок победителю соревнований. К тому же он автоматически перекладывал всю ответственность за заложников на этого самого победителя.

Таким образом, вы видите, что ничего кровожадного с афинскими юношами и девушками не творили. Жизнь им была гарантирована, по крайней мере, при мирном поведении их города. Но вот с обращением им явно было несладко, поскольку две партии заложников подряд доставались воину по прозвищу Тавр, который даже в те далеко не слащавые времена слыл грубым и жестоким.

Именно этот человек, упоенный своей силой и с целым букетом пороков, стал для афинян мучителем Минотавром. То есть соединились понятия — Миноский Тавр, то есть царя Миноса полководец Тавр. Самим критянам во главе с Миносом этот человек был не очень приятен. Они тяготились его могуществом. Вдобавок, царь подозревал его в близости со своей женой Пасифаей. По легендам, именно она родила сына-монстра от быка, в которого её заставила влюбиться Афродита. А в обличий белого быка «вкусил клубничку» Посейдон. Так что получается, что Минотавр сын Пасифаи и Посейдона.

Но и сам Минос, согласно легенде, родился от Европы, дочери финикийского царя, которая была похищена Зевсом в образе быка. На спине этого быка Европа переплыла море и попала на Крит, где и родила от Зевса Миноса. Так что «бычьи гены» были и у самого царя.

Сначала военачальник Тавр за победы в битвах был приближён к трону и пользовался у царя величайшим доверием, но потом высоты власти вскружили голову воину и он начал забываться. Но полководца, за которым стоит армия не так то просто убрать с вершины власти.

И вот, настал день состязаний. Афиняне обреченно ожидали, что Тавр снова всех претендентов на «приз» оставит позади. Эта победа была ненавистна и царю Крита. Но нашелся человек, который огорчил Тавра и обрадовал заложников, ну и, конечно, царя Миноса. Им стал Тесей.

Тесей оказался в Афинах незадолго до третьего срока дани, Афинский царь Эгей признал в нем своего сына, а поскольку других детей у Эгея, не было, то Тесей автоматически оказался единственным наследником его короны.

Итак, подоспел срок отсылать дань в третий раз. Родителям, у которых были «не знавшие брака» дети, приходилось, сообразно жребию, расставаться с сыновьями или дочерьми. И начался ропот среди граждан Афин. А все дело было в том, что поскольку детей у Эгея не было, то участия в печальной жеребьевке он, естественно, не принимал. Но как только он объявил Тесея своим сыном, то, по мнению граждан, тоже должен был принимать самое непосредственное участие в испытании судьбы своего сына.

Естественно, что такой оборот событий ну никак ни устраивал царя, который только что обрел себе наследника. И он использовал всю свою власть для защиты сына. А это было очень непросто, поскольку полнота власти у него была далеко не деспотическая, да и противостоять приходилось не рядовым гражданам, а элите, оплоту монархии. Поскольку именно правящей элите приходилось нести всю тяжесть «человеческой дани».

Такое положение вещей не устраивало Тесея. Наследник престола понимал, что в глазах афинян он был незаконнорожденным чужеземцем с призрачными правами на власть.

Поэтому Тесей считал своим долгом, долгом будущего правителя, не держаться в стороне, а разделить участь сограждан, завоевать их доверие и признание. И он сам не по жребию вызвался ехать на Крит.

Все дивились его благородству и восхищались любовью к народу, а Эгей, исчерпав все свои просьбы и мольбы и видя, что сын непреклонен и неколебим, назначил по жребию остальных подростков. Прежде у отправлявшихся не оставалось никакой надежды на спасение, поэтому на корабле был черный парус в знак неминуемого несчастья. Однако на этот раз Тесей ободрял отца гордыми уверениями, что одолеет Минотавра, и Эгей дал кормчему еще один парус, белый, и велел поднять его на обратном пути, если Тесей уцелеет, если же нет — плыть под черным, возвещая о беде. Симонид пишет, что Эгей дал не белый, а «пурпурный парус, окрашенный соком цветов ветвистого дуба», и это должно было знаменовать спасение.

И вот заложники прибыли на Крит. Их определили в Лабиринт.

Вот-вот должны были начаться соревнования. Неизвестно как, но Тесей сумел из заложника стать участником этих соревнований, Возможно потому, что юридически он не был заложником, поскольку вызвался сам или Минос увидел в нем достойного конкурента Тавру. А возможно в Тесее критский царь узнал отражение своей молодости, поскольку Минос был усыновлен критским царем Астерием, как Тесей усыновлен Эгеем. Минос и Тесей считали своими настоящими отцами богов — только Минос самого Зевса, а Тесей брата Зевса — Посейдона.

Так или иначе, но царственные особы смогли договориться.

Итак, Тесей попросил разрешения участвовать в состязаниях, Минос согласился. Победе афинского принца радовались не только афиняне, радовался и Минос — особенно унизительному поражению Тавра. Победителю царь Крита не только отдал законный приз, но и вообще освободил Афины от уплаты человеческой дани.

Этот щедрый поступок Миноса возможно был не столько вызван радостью за унижение Тавра, сколько признанием в Тесее будущего правителя Афин способного держать слово.

Ну а где Ариадна? — спросите вы.

— Где общеизвестный клубок нитей?

Сначала о нитках. Большая часть преданий гласит, что идея с ниткой принадлежит Дедалу (который позже летал с непокорным Икаром). Великий инженер древности, которой, кстати, и построил Лабиринт для Миноса, сам или через Ариадну (это у кого как) наделил Тесея клубком «путеводной нити» и научил, как не запутаться в извивах Лабиринта. Но поскольку выбираться Тесею с Лабиринта нужды не было, то нить может иметь другое значение. Скорее всего, свадебное. То есть она была элементом свадебного обряда. Возможно, молодоженов связывали вместе, чтобы был брак крепче.

Теперь о Ариадне. На Крите было принято, чтобы и женщины смотрели игры. Смотрела их, конечно, и дочь Миноса Ариадна. Наружность Тесея не оставила её равнодушной, восхитила принцессу и победа афинского героя над всеми соперниками. Да и Тесей явно заинтересовался критской красавицей. Вряд ли это ускользнуло от Миноса, который не замедлил воспользоваться такой ситуацией. А именно — из довольно сильного врага сделать довольно сильного союзника. Союз Тесея и Ариадны должен был скрепить союз Афин и Крита.

Такой неожиданный оборот событий, вызванный геополитическими изысканиями Миноса, больше чем устраивал молодых влюбленных. Но не устраивал Тавра. Будучи чуть ли не вторым лицом в государстве, он за неимением наследника по мужской линии у Миноса, через брак с Ариадной мог сам занять критский трон.

Отчаяние побудило Тавра бросится на готовившихся к отплытию афинян. И именно в этой стычке Тесей убивает критского полководца. А уже гораздо позже, с легкой руки трагиков, появились легенды, описавшие гибель монстра Минотавра от руки Тесея в темных закоулках Лабиринта.

Итак, посадив на корабль Ариадну и афинских подростков, Тесей устремляется домой. Неизвестно, сколько Тесей гостил на Крите, но уже домой, по свидетельству Пеона Аматунтского, он вез беременную и на довольно большем сроке, жену.

Через какое-то время путешественников прибило бурей к Кипру. Беременная Ариадна, измученная качкой, сошла на берег, а Тесей хлопотал на судне. Вдруг, утихшая было буря, разбушевалась вновь с ещё большей силой, и судно снова понесло в открытое море. Местные женщины приняли Ариадну, старались рассеять уныние, в которое ее погрузила разлука, приносили подложные письма, якобы писанные ей Тесеем, оказывали ей помощь и сострадали ее мукам во время родов, а когда она умерла,

так и не разрешившись от бремени, похоронили. Затем вернулся Тесей. Страшно опечаленный, он оставил местным жителям деньги и наказал им приносить Ариадне жертвы, а также воздвиг два маленьких ее изображения: одно серебряное, другое бронзовое.

Но по самой распространенной версии, афинские путешественники достигли счастливо и невредимо острова Наксос, где остановились на некоторое время. Здесь Тесею явился во сне Дионис и возвестил, что Ариадна не должна следовать далее за Тесеем: по воле судьбы ей предназначено быть супругой Диониса. Тесей страшился навлечь на себя гнев бога и исполнил повеление его: с тяжкой скорбью в сердце отплыл он от острова в то время, когда Ариадна заснула. Пробудившись, она увидала себя покинутой, одинокой на пустынном острове и разразилась громкими жалобами на свою беспомощность и на вероломство юноши, для которого пожертвовала всем. Тут предстал перед ней бог Дионис, поведал ей судьбу ее и успокоил обещанием сделать ее причастной блаженству богов. Ариадна стала невестой Диониса, и Зевс приобщил ее клику богов. Венец, который надет был на нее при обручении с Дионисом, впоследствии был доставлен на небо и превращен в созвездие, известное сегодня под именем Северная Корона.

О том, что было в действительности между Ариадной и Тесеем возможно навсегда останется под пологом тайны. Но династический брак между правящими династиями Крита и Афин все же был. Место Ариадны возле Тесея заняла её сестра Федра. Но и с этой дочерью критского царя Миноса у Тесея возникли проблемы.

Федра воспылала любовью к своему пасынку Ипполиту, сыну Тесея и царицы амазонок Антиопы. Отвергнутая юношей, она покончила с собой. Но перед этим она оклеветала его перед Тесеем. Тот проклял сына и просил Посейдона покарать его смертью. Повелитель морей и океанов внял его страшным словам. Кони сбросили Ипполита с колесницы, испугавшись быка, посланного Посейдоном. Позже невинный юноша в Афинах почитался как бог.

Корабль со спасенными уже приближался к Аттике, но и кормчий, и сам Тесей забыли поднять парус, который должен был уведомить Эгея об их спасении. Черный парус вселил отчаяние в царя Афин, он бросился вниз со скалы и погиб. Воды, принявшие в себя объятого горем царя, стали с тех пор и до наших дней зваться Эгейским морем. Выйдя на сушу, Тесей сам остался в Фалерах, чтобы принести жертвы богам, которые он обещал им по обету, уходя в море, а в город отправил гонца с вестью о счастливом возвращении. Вестник застал многих граждан оплакивающими смерть царя, но другие, как и следовало ожидать, радовались и ликовали, услышав слова гонца, и хотели украсить его венками. Однако, приняв венки, он обвил ими свой жезл и вернулся к морю. Тесей еще не совершил возлияний, и не желая мешать священнодействию, гонец задержался в стороне, а когда возлияния были закончены, сообщил о смерти Эгея. Тогда с плачем и воплями все путешественники поспешно двинулись в город. После траура афиняне признали Тесея своим царем…

Другие статьи:
Интернет журнал НЛО МИР

Всего комментариев: 0

Оставить комментарий

*

code

Редакция рекомендует

close
x