Нынешний Ирак трудно именовать туристской меккой. Угрозы подстерегают тут на каждом шагу. Прибывший европеец рискует всем: жизнью, свободой, средствами… Можно подорваться в подстроенном смертником теракте, можно попасться в руки боевиков и пропасть навеки либо ожидать, пока за тебя заплатят выкуп… Можно тупо погибнуть в случайной перестрелке, которые в Ираке заместо «здрасте».

Нет, туристам в этой стране делать решительно нечего.

Но есть магнит, который напористо тянет к для себя всякого, кому увлекательны истоки древних религий. Ведь конкретно тут, в Ираке, по преданию, вначале поселил Бог Адама и Еву. Естественно, в те дальние времена здешняя местность совсем не была выжженной пустыней. Но после того, как Ева соблазнилась яблоком и прародители пали, они были изгнаны из рая и, видимо, Божья благодать отошла от этого места.

Но до конца ли? Есть люди, которых по полному праву можно именовать хранителями утерянного рая. Это езиды, исповедующие одну из самых старых и загадочных религий земли. Тут, на севере Ирака, находится их главное святилище Лалеш. По преданию, конкретно там некогда находился вход в Эдем…

Я отправился в Ирак, чтоб повидаться с людьми, хранящими эту изумительную святыню. Долгая дорога «на перекладных» привела из Москвы поначалу в Стамбул, позже — в пограничный с Ираком Мардин, а позже в Эрбиль, столицу Курдистана, один из немногих городов страны, где жизнь можно именовать относительно размеренной. И я повстречал людей, которые согласились быть моими проводниками в мир потерянного рая…

— …Неуж-то, — спрашиваю я, цедя мерзкий растворимый кофе в холле эрбильского отеля, — неуж-то на этой земле хотя бы кто-либо помнит о том, что тут был райский сад? Конкретно тут случилось грехопадение человека? Ведь кое-где тут Адам оплакивал собственный грех перед закрытыми воротами рая…

Мой собеседник — курд, который издавна живет в пригороде Эрбиля, переехав сюда из Рф. Он перевел собственный бизнес, наплевав на все опасности и угрозы. Он езид. Сторонник одной из самых загадочных религий. Из всех курдов ее исповедует не больше 5 процентов, другие — мусульмане.

В 2-ух часах езды от Эрбиля, находится единственный храм и главное святилище езидов. Они не занимаются прозелитизмом, и о их понятно очень малость. А то, что понятно, принуждает и христиан, и мусульман косо глядеть на езидов. Не сложно. По принятым понятиям, езиды поклоняются солнцу и падшему ангелу — другими словами, натуральные язычники и дьяволопоклонники. Секта сатанистов. Разве нет?

Читайте также: Страсти Христовы и потаенна иорданской находки

— Я отвезу тебя в Лалеш, — гласит мой собеседник и гасит сигарету. — Ты узреешь наш храм. Ты усвоишь, кто такие истинные езиды. И, может быть, отыщешь собственный Эдем. И усвоишь, что о потерянном рае рыдал не только лишь Адам.

Я невольно касаюсь нательного креста. Собеседник замечает этот жест и улыбается.

— Как раз со местными христианами у нас отличные дела. В отличие от мусульман. Ты представляешь, сколько ополчались на нас исламисты? И все-же наша община живая.

Рано днем мы садимся с ним в машину. От Эрбиля до Дохука, рядом с которым находится святыня Лалеша, — около 2-ух часов езды. Я уже не смущаюсь, что шофер гонит 140 км в час по дорогам, на которых выше 80 ездить опасно. Привык, тут все так ездят.

Выезжаем из Эрбиля и лицезреем, что перед блокпостом на заезд в город — большая пробка в несколько км длиной.

— Вот забавно будет ворачиваться, — размышляю вслух.

— Да нет, — отмахивается мой попутчик. — Это просто люд в Эрбиль на работу приехал из всех окружностей. Из Мосула. Из Киркука. Из пригорода. Назад поедем — никого не будет, помяни мое слово.

Два часа дороги — перед очами одинаковые пейзажи насухо выжженной земли. Далеко-далеко на горизонте в сизой зыбучей пелене теряются горы. Глядеть решительно не на что, однообразие баюкает. На полях повдоль дорог пасутся стада баранов — удивляешься, что они могут выщипать из сухой, как песок, земли: из нее торчат только пучки желтоватой травки.

— А дождики у вас здесь бывают? — интересуюсь, смотря на большой купол истово-голубого неба, накрывающего землю от края до края.

— Бывают. Как начнутся, так только берегись. В декабре ливанут, до февраля не закончятся. Но ты приехал в наилучшее время, в Ираке приятно в марте-апреле и в сентябре-ноябре. Летом тут незапятнанное пекло, больше плюс 50. А зимой — дождики и очень промозгло. Бывает, что до нуля градусов, — пробует он поразить мое воображение. Отыскал, чем поражать российского.

Читайте также: Что есть Бог — «нечто» либо Личность?

По пути попадается стадо скотин. Оно немедля навевает библейские ассоциации — уж до того скотины тощие, как на ногах стоят. Просто прототип голодных годов из видений фараона, растолкованных Иосифом Красивым. Судя по тому, что в ресторанах Ирака нет ни говядины, ни молока — разводят скотин тут только из жалости.

— В Дохуке не небезопасно? — интересуюсь я.

— Как сказать, — флегматично отвечает шофер. — Издавна ничего не было. Зато когда случилось последний раз — пару лет вспять на езидской свадьбе подорвали машину со взрывчаткой — погибло больше тыщи человек.

Даже умопомрачительно, как в таком недружелюбном окружении мусульман сохранилась малая община, живущая вокруг единственного езидского храма. Тем паче, что присоединиться к езидам нельзя: они живут очень замкнуто.

— По нашим законам, девушки-езидки должны выходить замуж за собственных, так же, как мужчины-езиды должны жениться лишь на езидках, — объясняет мой собеседник. — Если женщина уходит замуж за чужака — ее могут проклясть. А если мужик женится на чужачке, то его малыши никогда не будут езидами. Это не та религия, которую можно принять. В ней можно только родиться.

Вдали показывается Дохук. Пейзаж вокруг разительно изменяется — нескончаемая пустыня вдруг преобразуется в высочайшие, поросшие деревьями бугры. Внезапная зелень припоминает о том, что ранее здесь вправду был сад. Ровная, как стрела, дорога начинает извиваться змеей, петляя меж буграми, серпантином взбираясь ввысь.

Над крышами домов Дохука — маленькая граненая пирамидка, венчающаяся шаром. Это знак солнца и его лучей. Езиды поклоняются солнцу, но не как божеству, как наилучшему из творений Всевышнего — тому, что дает тепло и жизнь.

Еще пару минут — и поворот к обители Лалеша, к езидскому храму и двум священным источникам. Нас встречают у ворот.

— Добро пожаловать, — улыбается священнослужитель, высочайший, худенький, в белых облачениях.

— Выручил, — отвечаю я, выходя из машины.

«Выручил» — по-курдски, «спасибо».

Продолжение читайте завтра, 3 января 2012 года

По материалам NewsInfo

Владислав Симонов