Ядерная вертикаль: проект Булава начался с абсурда

Ядерная вертикаль: проект "Булава" начался с бреда

Создатель Максим Хрусталев

Генеральный конструктор Столичного института теплотехники Юрий Соломонов, презентовав свою книжку «Ядерная вертикаль», попробовал разъяснить предпосылки неудачных испытательных пусков морской баллистической ракеты «Булава».

Как утверждает Соломонов, серия неудачных испытаний не связана с проектно-конструкторскими решениями. «Испытания нового стратегического ракетного комплекса «Булава» шли с переменным фуррором, – ведает он в собственной книжке.

– Невзирая на то, что запусками доказаны главные проектно-конструкторские решения, достигнуть стабильности в получении положительных результатов не удалось».

Фактически, о том, что в теории ракета восхитительная, полностью не брались утверждать и ее самые ярые оппоненты. Они только указывали на таковой грустный факт: «Булава», при всех собственных плюсах, не летает.

Напомним: например, 10-й (по официальным данным) пуск ракеты, проведенный в декабре 2008 года, провалился от того, что во время работы третьей ступени ракеты произошел сбой, после этого была отдана команда о самоликвидации. После чего тесты ракеты на море были приостановлены для проведения наземных стендовых испытаний. В конце апреля 2009 года заместитель министра обороны Рф Владимир Поповкин заявил, что «Булаву» возвратили на стендовые тесты. По его словам, «необходимо уделить больше внимания технологическим процессам и дополнительно провести целый ряд наземных испытаний ракеты для увеличения надежности». После чего посреди июня начальник генерального штаба Вооруженных сил РФ генерал армии Николай Макаров заявил, что все технические трудности, обнаруженные в процессе испытаний «Булавы», практически решены, после этого 15 июля состоялся 11-й официальный запуск, окончившийся самоликвидацией ракеты в итоге «нештатного срабатывания первой ступени». Как докладывал источник Интерфакса, предпосылкой аварии стал сбой в работе газогенератора – блока, модифицирующего энергию газов от горения ракетного горючего в электроэнергию для систем управления

О следующих событиях КМ.RU уже докладывал. И об изначальной авантюрности передачи проекта разработки морской стратегической ракеты Столичному институту теплотехники. И о следующих неприятностях. И о чести мундиров высших начальников в связи с этими историями – но это в этом случае уже не так принципиально. В итоге, как говорил КМ.RU, высшее политическое и военное управление страны приняло решение хоть какой ценой сделать «Булаву» дееспособной. Как откровенно объявил Владимир Поповкин, «денег и времени у страны сейчас на создание чего-то принципно нового в части морских стратегических ядерных сил нет». В итоге гендиректор разрабатывавшего «Булаву» Столичного института теплотехники Юрий Соломонов ушел со собственного поста. Его место занял Сергей Никулин, возглавлявший Столичный машиностроительный завод «Вымпел». Данный пост он занял в итоге победы в объявленном конкурсе на замещение должности. Все же, Соломонов сохранил за собой пост генерального конструктора.

После всех оргвыводов и разбирательств разных комиссий очередной запуск «Булавы» был назначен на конец октября – начало ноября. Атомная подводная лодка «Дмитрий Донской», как докладывало РИА «Новости», вправду покинула Беломорскую базу в Северодвинске 26 октября, но возвратилась туда в ночь на 28 октября. Но скоро после того, как «Дмитрий Донской» «впустую» сходил в Белоснежное море, некоторый «представитель ВПК», близкий к комиссии по расследованию обстоятельств последней аварии, сказал РИА «Новости», что попытка еще одного пуска была, но она провалилась уже на старте. Потому «Дмитрий Донской» и поторопился возвратиться в Северодвинск. Военно-морское командование категорически опровергло это заявление, но анонимный собеседник РИА «Новости» настаивал, «что просто так такие лодки, как «Дмитрий Донской», в море не выходят». Все же, тогда же официально было объявлено, что очередные и плановые тесты межконтинентальной баллистической ракеты «Булава» пройдут 24 ноября 2009 года.

Но позже заместо пуска последовало только заявление Интерфакса о том, что тесты состоятся в декабре. В том же сообщении, со ссылкой на анонимный источник, говорилось, что «причины, из-за которых октябрьский запуск не состоялся, проанализированы и устранены».

И, все же, очередной (официальный) пуск, состоявшийся 9 декабря 2010 года, также провалился. Как утверждали «информированные источники», 1-ые две ступени ракеты отработали штатно, и трудности появились с третьей ступенью, так что пуск даже можно, как настаивают разработчики, считать отчасти удачным (при прошлых неудачных испытаниях не срабатывала уже 1-ая ступень). Следующее расследование узнало, что предпосылкой последнего провального пуска стал отказ механизма управления тягой твердотопливного мотора. В очередной раз разработчики могут утешать себя тем, что это – не конструктивный недостаток, а производственный, который можно убрать. Но в итоге из 12 состоявшихся запусков относительно удачно прошло только 5 (а стопроцентно удачно – вообщем всего один). Их проведение – наслаждение не из дешевеньких. Сколько их нужно провести, чтоб выявить все остальные вероятные производственные недостатки? И не допускать их никогда впредь?

На данный момент Соломонов пробует дать свое видение обстоятельств, по которым ракета не летает. Так, по оценке создателя «Булавы», «ряд из их, так либо по другому, связаны с оборонной индустрией. Это – изношенность станочного парка, утеря ряда технологий в производстве (и сначала – в материаловедении), кадровые проблемы». Здесь, вне сомнения, он прав. Можно вспомнить сорвавшееся в июне у Сергея Иванова, курирующего оборонно-промышленный комплекс, признание. Вице-премьер тогда заявил, что в разработке ракеты участвуют более 650 компаний, и проконтролировать качество работы их всех «невозможно». Так что все-таки, требуется 650 запусков, чтоб выявить недостатки работы каждого из этих компаний? Либо, может, не останавливаясь перед жесткими мерами, попробовать сначала навести на каждом из их порядок?..

«Еще одна принципиальная причина, – считает конструктор, – отсутствие в стране нужной стендовой базы для полномасштабной экспериментальной отработки, что вынуждало идти нестандартным методом, вызывая жестокое сопротивление оппонентов». Но об этом разработчики «Булавы» должны были знать с самого начала. КМ.RU уже говорил, ссылаясь на военных профессионалов, что сама предложенная концепция унификации стратегических ракет морского и наземного базирования оказалась «чересчур самонадеянной по плану и ущербной в реализации». То, что было отлично при наземном пуске, сделало массу заморочек, когда ракете пришлось стартовать с морской акватории. Как указывают спецы, в море стратегический ракетоносец находится в критериях «гидрокосмоса», когда ошибки в определении места и курса неминуемы. При всем этом точность выработки данных для стрельбы находится в зависимости от времени нахождения подлодки на данном курсе при малых отклонениях по скорости, глубине, наклону и дифференту.

А т. н. мобильные (наземные, грунтовые либо жд) ракетные комплексы, в отличие от комплексов морского базирования, подвижны только условно. Их пусковая установка при подготовке к выстрелу вывешивается и строго горизонтируется гидравлическими опорами. И не где попало, а в заблаговременно избранных местах старта с геодезической привязкой особенной точности. Для баллистических ракет подводной лодки такие условия могут быть сделаны только при швартовке у пирса в месте базирования.

В Столичном институте теплотехники, не имеющем опыта морского ракетостроения, это могли и не учесть. И в итоге многоходового лоббирования вопроса МИТ взялся за создание новейшей системы орудия на нагом месте. А все существовавшие ранее выработки, в т. ч. долголетний опыт уральского КБ им. Макеева, где как раз специализировались на баллистических ракетах для подводных лодок, были отвергнуты за ненадобностью. При этом конструкторы МИТ преднамеренно отрешались от контрольных испытаний с наземного щита, чтоб в критериях отсутствия качки, набегающего потока воды, волнения, ветра и перепадов давления с температурой наружной среды не проявились все недоделки и провалы конструкции.

Но, вроде бы то ни было, невзирая на все понесенные беды, русское оборонное ведомство вынуждено сейчас доводить эпопею с «Булавой» до конца. Сейчас ее будут запускать уже с 2-ух кораблей – не только лишь с «Дмитрия Донского», с которого выполнялись все эти запуски. На боевую вахту выходит подводный ракетоносец «Юрий Долгорукий» класса «Борей», который, согласно плану моряков и конструкторов, должен быть вооружен как раз «Булавой».

За комментами KM.RU обратился к независящему военному профессионалу, медику технических наук, полковнику в отставке Петру Белову:

Происшедшее с «Булавой» стало следствием сначала того, что в стране отсутствует система принятия обоснованных стратегических решений. В итоге мы имеем серьезнейшие беды в развитии стратегических ядерных сил. Из-за того, что в стране нет таковой научно-исследовательской организации, которая могла бы всесторонне взвесить разные варианты, спрогнозировать развитие ситуации и выдать обоснованные советы Верховному главнокомандующему, у нас и принимаются абсурдные стратегические решения.

В свое время было решено, что основой ядерных сил сдерживания должна стать одна ракета, которая, дескать, годится и для наземного базирования, и для морского. Но это абсурдно! Универсализация, обычно, проигрывает специализации.

Мы уж не будем гласить о сухопутной компоненте. Вся страна испытывает гордость, что у нас есть мобильные комплексы со стратегическими ядерными ракетами, которые всегда могут гарантировать нашу безопасность. И америкосы нам подыгрывают: вот, дескать, какие у российских суровые комплексы, могут нанести удар хоть из сибирской тайги! Но его же разработчик Юрий Соломонов признался в собственном выступлении в президиуме Академии: этот комплекс, на самом деле, нереально замаскировать, и его неизбежно найдут те же средства радиотехнической разведки. Заметьте: даже разработчик признаёт это!

Что касается морской составляющие, то тут абсурдное решение принималось в 1998 году, когда было решено закончить работы по проекту «Барк» – созданию новейшей твердотопливной ракеты для атомных подлодок, которую проектировало КБ им. Макеева.

Кстати, нужен ли был «Барк» либо нет – я бы судил осторожно. Так как «Барк» предназначался для массивных подводных лодок типа «Тайфун», которые должны были нести 20 таких ракет, любая из которых оснащалась 10 боевыми блоками. В силу колоссальных размеров всего этого комплекса противником могли быть предприняты все меры для того, чтоб воспрепятствовать пуску этой системы, тем паче что пуск ракет с подводных лодок не может быть одновременным. Потому я на данный момент не буду гласить о том, верно либо некорректно было отложено создание «Барков». Но то, что создание баллистических ракет для подводных лодок было перепоручено предприятию (Столичному институту теплотехники. – Прим. KM.RU), которое не имело в данном деле никакого опыта и никакой испытательной базы, – вот это решение было заранее обречено на неуспех.

Одно дело – произвести запуск с наземной пусковой установки, и совершенно другое – с подводной лодки, которая должна сделать это, находясь в движении, и к тому же на определенной глубине. Подводному пуску предшествует открытие шахты с неминуемым наполнением этой шахты водой. Дальше: если запуск происходит в движении (а так и должно быть всегда), то на ракету обязательно оказывает сопротивление напор воды – относительно передвигающейся лодки. Все это – вопросы чрезвычайной трудности. К этому КБ Макеева и другие наши организации шли десятилетия.

У нас же в 1998 году подвернулись люди, которые произнесли: «Мы сделаем». Обычно занимавшийся вопросами морских ракет НИИ-27 от этого вопроса был отстранен, решение принималось в ЦНИИ, принадлежавшем РВСН, А у их были обычно отличные дела с Соломоновым. И тогдашний министр экономики Яков Уринсон прямо произнес, что в ракетах не разбирается, но нужно, чтоб «попроще и подешевле». Узнаваемый конструктор АПЛ Игорь Спасский хоть и был, но тогда он почему-либо отмолчался. И вот отыскали человека – заместителя начальника оперативного управления головного штаба ВМФ Кравченко. Он и поставил свою подпись под решением, что можно, мол, перепоручить дело Столичному институту теплотехники. По сути это было решение абсурдное и нереализуемое. Но, видимо, определенным силам такое решение и было необходимо.

А на данный момент мы приближаемся к 2015 году, когда америкосы хотят иметь полномасштабную систему ПРО, которая будет гарантировать им парирование сравнимо маленького числа боевых блоков – тем паче если они будут выпущены не сразу и не массированно, и не будут сопровождены необходимым количеством неверных целей. И в этом смысле мобильные «Тополя» и «Булавы» как раз делают южноамериканскую ПРО действенной, при этом с учетом той «Булавы», которая не летает. А способности американской ПРО к этому времени уже будут превосходить парирование 300 и даже 600 наших боевых блоков.

Другие статьи:
Интернет журнал НЛО МИР

Всего комментариев: 0

Оставить комментарий

*

code

Редакция рекомендует

close
x