Рыцари неба

Рыцари неба

Бой был горячим. Но когда Удет получил маленький шанс для действенного огня, его пулемет промолчал. Пытаясь что-то сделать, он пару раз очень стукнул по нему кулаком — это вроде посодействовало, но секунды были упущены, а француз уже был у него на хвосте.

Но Гинемер не стал стрелять. Лицезрев, что его конкурент безоружен, не открыл огнь по беззащитному Удету — наслаждения от тактической победы в поединке было полностью довольно.

Его самолет пропархал повдоль машины немца, Гинемер улыбнулся и помахал ему рукою. Покачав на прощание крыльями, француз отвалил в сторону. А Удет возвратился на аэродром. Потом он довел собственный официальный счет до 62 побед

К началу Первой мировой войны авиация была уже не в младенчестве, а быстрее «здоровым и отлично возрастающим ребенком». В 1913 году аэроплан преодолел предел в 200 км/ч, а авиаторы к тому времени освоили многие современные фигуры высшего пилотажа. Но генералы, начинавшие войну, не лицезрели на театре военных действий места этой крылатой игрушке богатых чудаков-авантюристов. «Боевое применение аэроплана не представляется возможным», — утверждали военные чины. И их можно осознать: авиация многим казалась всего только еще одним техническим видом спорта. Так что на исходных шагах войны допустимы были только самолеты-разведчики. Воздушная разведка оказалась намного эффективнее конной — пока лихие конники прорубались к своим, летчики уже успевали доложить обстановку.

Присутствие самолета в небе стало для армии далековато не безопасным. Ружейный огнь с земли не очень помогал, хотя самый 1-ый авиатор, ставший жертвой Первой мировой, умер конкретно от него. Становилось естественным, что орудием для борьбы с самолетом может стать только другой самолет. Но каким он должен быть и чем мог уничтожать врага?

Начинал войну самолет невооруженным, если, естественно, не считать пилотского пистолета. Для борьбы с противником необходимо было нечто еще более суровое. Проекты предлагались один другого курьезнее — ножик на хвостовом костыле для разрезания обшивки, сеть для запутывания винта (время от времени срабатывавшая), бомба с крюком (не срабатывавшая никогда). Но в первом в истории населения земли воздушном бою, произошедшем 26 августа 1914 года, в качестве атакующего было применено орудие, идиентично опасное как для противника, так и для того, кто решил его применить.

В тот денек над городком Жолква, где располагался штаб 3-й российской армии, появился разведывательный «Альбатрос» с австрийскими опознавательными знаками. Навстречу ему тотчас взлетел с аэродрома российский «Моран». Его скорость позволяла просто догнать противника в воздухе, но вот причинить какой-либо вред… Удар колесами шасси снес австрийцу верхнее крыло. Нижнее сложилось само, и машина, порхая, как большая бабочка, свалилась вниз. На собственных же родовых землях, где в те августовские деньки стоял авиаотряд Нестерова, австрийский летчик барон Фридрих Розенталь отыскал свою погибель. Тело российского героя, выпавшего при таране из самолета, оказалось там же.

«Итак, начало бою в воздухе положено, — писала тогда одна из русских газет. — И первым бойцом явился он, российский герой, носитель венца славы за мертвую петлю — Петр Николаевич Нестеров»

Но конструктивным решением могло быть только настоящее вооружение самолета. Неувязка была в одном: как расположить на нем пулемет? Стрелять необходимо вперед, чтоб пилот мог наводить орудие, только как при всем этом не попасть в свой воздушный винт?

И все таки самолет с бортовым пулеметом появился очень скоро. Французский летчик Ролан Гаррос выдумал обычный, но действенный ход, установив на лопасти винта железные пластинки, попадая в которые пули рикошетировали. Сейчас можно было стрелять прямо через винт. Для того чтоб навести орудие на цель, летчик был должен поворачивать всю машину. Искусство стрельбы и воздушной акробатики соединились воедино, дав жизнь новенькому типу крылатых машин — истребителю.

Но новаторство Гарроса недолго наводило на германцев кошмар. В апреле 1915 года огнь с земли оборвал счет его побед, а покоробленная машина досталась противнику. Немцы, обследовав ее, решили поступить по-своему, придумав новое устройство — синхронизатор, позволявший в момент прохождения лопастью полосы стрельбы «заставлять» пулемет молчать. Нововведение одномоментно прижилось по обе стороны фронта. И отныне над окопами Первой мировой развернулись бои, которых история еще не знала.

С началом этого противоборства армиям потребовались свои пилоты, при этом во огромном количестве. В срочном порядке стали создаваться летные школы, проводились также рекрутские наборы из других родов войск. Люди, пришедшие в военную авиацию, часто не имели к ней никакого дела. Манфред фон Рихтхофен, наилучший ас Германии с его 80 победами, начинал войну конником. Конниками были известный Вернер Фосс, начавший свою летную карьеру всего в 19, и наш соотечественник Александр Козаков. Самый действенный из американских пилотов, Эдуард Рикенбакер, был известен как спортсмен-автогонщик, Макс Иммельман работал железнодорожником, Вилли Коппенс, наилучший ас Бельгии, начинал службу рядовым в гренадерском полку, а Чарльз Нунгессер до войны был боксером. Отец истребительной авиации Германии Освальд Бельке, разработавший стратегию воздушного боя, был телеграфистом.

Машины, начинавшие войну, очень напоминали собственного прародителя — моноплан конструкции Луи Блерио, на котором пионеру авиации удалось в первый раз в истории перелететь Ла-Манш. 1-ый в истории самолет, сконструированный как истребитель, был развитием конкретно французской машины.

В то время для ведения воздушной войны начали появляться не только лишь новые типы машин, да и особые войска. Авиация становилась равноправным родом войск. 17 сентября 1916 года Освальд Бельке, 1-ый германский пилот, сбивший на истребителе самолет союзников, сделал 1-ое Прусское Королевское истребительное авиакрыло – «Ягдштаффель-2».

Кстати, Бельке и Макс Иммельман были единственными пилотами, награжденными высшей прусской воинской заслугой — крестом за храбрость. После смерти Иммельмана летом 16-го Бельке стал наилучшим германским летчиком. Но он был не только лишь выдающимся пилотом, да и красивым учителем для новичков. Его боевой опыт был настолько ценен, что в июне 16-го кайзер Вильгельм особым указом воспретил ему летать. Не предаваясь отчаянию, Бельке приложил все усилия для сбора из всех родов войск способных летчиков. Кое-где посреди разведывательной авиации отыскал он и Манфреда фон Рихтхофена. Не без помощи Бельке барону предстояло стать не только лишь самым действенным асом Первой мировой, да и государственным эмблемой Германии.

Жизнь Освальда Бельке прервалась на 25-м году жизни в бою, спустя три месяца, в итоге катастрофического столкновения в воздухе с машиной его самого близкого друга — Эрвина Боме. К моменту собственной смерти Бельке был посреди пилотов-истребителей абсолютным авторитетом. Его храбрость вызывала почтение даже у противников. Вечерком в денек его смерти на аэродром Первого истребительного соединения британский самолет скинул вымпел. Надпись на нем говорила: «В память о капитане Бельке, нашем мужественном и великодушном конкуренте, от английских Царских воздушных сил».

Такие личности, как Освальд Бельке, очень скоро стали популярны далековато за пределами узенького круга летающих в небе. Летчики-истребители стали реальными звездами, привлекающими постоянное внимание общества и прессы. В те годы в газетах в первый раз появился неофициальный титул «ас», присуждаемый за 5 сбитых вражеских самолетов. Летчики представлялись великодушными рыцарями без ужаса и упрека, а их успехи побуждали на борьбу тех, кто сражался на земле. И хотя не все в этом виде было гладко, по сопоставлению с никак не блестящей пехотой пилоты вправду были элитой.

Паритет меж «Фоккером» и истребителями союзников длился недолго. С возникновением в конце сентября 16-го самолета «Альбатрос-D1» инициатива вновь перебежала на сторону германцев. Движок их машины был сильнее, скорость выше. На нее ставились уже два, а не один, как ранее, пулемета конструкции Шпандау. Союзники на собственных маневренных DH2 сейчас в главном могли только уворачиваться от атак. Да и эти свойства не всегда были спасительными. 23 ноября 1916 года Манфред фон Рихтхофен одержал свою одиннадцатую победу. Его жертвой стал DH2, на котором летел Еленой Хоукер — наилучший тогда ас Англии.

Если DH2 еще могли противостоять атакам «Альбатроса», то BE2c были перед ним совсем беззащитны. Утраты союзников опять стали расти, а немцы выкатывали из ангаров все новые модификации машины. На «Альбатросе-DII», показавшемся в конце 16-го, улучшили обзор, DIII, показавшийся сначала 17-го года, был еще резвее и скороподъемнее. Достоинства одной стороны вылились в трагедию для другой — апрель 17-го назывался союзниками не по другому, как «кровавый». Средняя длительность жизни пилота союзников не превосходила тогда 3-х недель.

Но конкретно в это тяжелое время у союзников стали появляться пилоты, чьи заслуги позднее станут знаменитыми. Таким был Рене Поль Фонк — самый удачный из пилотов союзников в Первой мировой войне, имевший 75 официальных побед и 49 неподтвержденных, одержанных за линией фронта. Сначала 1917 года Фонк был зачислен в истребительную группу «Аисты» после боя с 2-мя германскими «Румплерами», искрометно выигранного им на неуклюжем лазутчике «Кодрон». Пережив «кровавый апрель», в мае 1917-го Фонк одержал свои 1-ые три победы, управляя истребителем «Spad SVII», а ровно через год одержал 6 (!) побед в одном бою — этот итог до конца войны не сумел затмить никто.

В отличие от многих других пилотов Фонк всегда был расчетлив и осторожен и никогда не кидался на неприятеля сломя голову. За всю войну в его самолет попала только одна неприятельская пуля.

Ответом на фуррор союзников, который принес им «Сопвич Кэмел», стал новый самолет конструктора Энтони Фоккера — Dr1. Эту машину получили все наилучшие германские асы. В опытных руках она творила чудеса. Двадцатилетний Вернер Фосс за три недели полетов на Dr1 одержал 22 победы. Фоккер лично пригласил его на праздничный вечер в отеле «Бристоль», устроенный по поводу фуррора собственного детища. Спустя некоторое количество дней после тостов за конструктора и его машину Фосс в одиночку принял собственный последний бой против 7 английских самолетов. Он дрался отчаянно, повредив каждого из врагов, но пулеметы сержанта Артура Рис-Дэвидса решили дело. Серебристо-голубой триплан ударился о землю и разлетелся на тыщу осколков. «Если б я только мог сбить его, не убив», — писал Дэвидс скоро после чего боя.

Манфред фон Рихтхофен пересел с «Альбатроса» в новый «Фоккер» в сентябре 1917-го, сходу, как машина прибыла на фронт. За расцветку собственной машины он получил прозвище «Красный барон», к которому практически постоянно прибавлялось «непобедимый». К 1918 году для германцев он был государственным героем, а для союзников — наибольшей неувязкой в воздухе. Кайзер одарил его крестом за храбрость с индивидуальной дарственной надписью и австрийским военным крестом от правителя Франца-Иосифа. Его эскадрилья «Летающий цирк», прозванная так за контрастную раскраску истребителей, наводила на союзников кошмар.

Но 80-я победа стала для «непобедимого» последней. 21 апреля 1918 года в пылу беспощадной схватки Рихтхофен штурмовал «Кэмел» Уилфреда Мэя. Защищая собственного школьного компаньона, капитан Рой Браун ринулся на увлекшегося боем барона и сбил его. «Фоккер» упал на английские окопы. Мед освидетельствование показало: единственная пуля попала точно в сердечко.

Тело Рихтхофена было предано земле со всеми воинскими почестями. После его погибели управляющим JS2 был назначен Герман Геринг — не самый выдающийся пилот с его 22 победами, но, непременно, очень хороший устроитель.

Капитан Браун сбил не просто «Красного барона». Дух германской армии с смертью «непобедимого» уже никогда не подымался на прежнюю высоту. 1-ая глобальная шла к концу, и никакие деяния героев-одиночек не могли воздействовать на ее финал. Совершенно скоро настал денек, когда по условиям Версальского мира Германия стопроцентно растеряла возможность иметь воздушный флот. Но люди, сражавшиеся в небе войны и выжившие, вынесли из воздушных боев уникальный опыт. Пройдет совершенно малость времени, и те, кто в 1917-м был рядовым пилотом, создадут новые, неслыханные доныне организации и механизмы для новейшей войны в воздухе.

Дмитрий Назаров

Другие статьи:
Интернет журнал НЛО МИР

Всего комментариев: 0

Оставить комментарий

*

code

Редакция рекомендует

x