Ядро, шрапнель, снаряд

Ядро, шрапнель, снаряд

1-ая половина позапрошлого столетия стала оканчивающим шагом в развитии гладкостенной артиллерии; в это время не происходило никаких сколько-либо существенных конфигураций, если не считать изобретения шрапнели английским офицером Шрапнелем. А именно, полевая артиллерия российской армии длительное время состояла в главном из орудий системы 1805 года, по другому «аракчеевской» (выработана специальной комиссией под председательством графа Аракчеева).

Сюда вошли 12-фунтовые (120мм) пушки «большой» и «малой пропорции», 6-фунтовые (95-мм) пушки, ½-пудовые (152мм) и ¼-пудовые (120-мм) единороги. Все это были гладкоствольные (гладкостенные) заряжаемые с дула орудия, отливавшиеся по преимуществу из медного сплава. Наибольшая дальность стрельбы не превосходила 2770 метров сплошным ядром и 1300 — гранатой, скорострельность — 1,5—2 выстрела за минуту.

Третья часть века спустя орудия системы 1838 года в целом сохранили прежние данные. Зато изменялся боекомплект (брандкугели уступили место зажигательным гранатам, ближняя картечь — картечным гранатам), ввели новый прицел. До Крымской войны успели принять на вооружение еще 6-фунтовую пушку новейшей конструкции 1845 года и 12-фунтовую пушку с несколько усовершенствованными чертами.

Крымская война послужила собственного рода водоразделом — вся отсталость этой артиллерийской техники сходу стала видна невооруженным взором. По действенной дальности стрельбы полевая артиллерия уступала даже новенькому нарезному стрелковому оружию. Характерен большой расход картечных выстрелов во время обороны Севастополя — пехота противника подходила к позициям артиллерии нерасстроенной, и огнь по ней приходилось вести уже накоротке. Потому высококачественное обновление артиллерии стало одним из основных направлений реформ, проводившихся под управлением военного министра Д.А. Милютина. Пробы сделать лучше кучность стрельбы гладкостенной артиллерии необыкновенными схемами вроде эксцентрических ядер либо дискоидальных снарядов не дали ожидаемого результата. Наилучшим решением были бы винтообразные нарезы, которые обеспечивали бы удлиненным снарядам вращение вокруг собственной оси и, соответственно, устойчивость в полете.

Нарезная артиллерия

Штучно нарезные орудия делались еще в XVII веке, в том числе казнозарядные. К примеру, парадная 46-мм нарезная пищаль с винтообразным (поршневым) затвором, сделанная в столичной Оружейной палате в 1661—1673 годах. У другой пушки, 25-мм гладкостенной, было некоторое подобие клинового затвора. В 1816 году в Баварии подполковник Рейхенбах предложил проект бронзового нарезного орудия для стрельбы продолговатыми снарядами, а 10 лет спустя майор Рейке уже стрелял из нарезной пушки стальными снарядами со свинцовой оболочкой. Более принципиальные и необъятные опыты с нарезными орудиями, заряжаемыми с казенной части, провел в 1840—1850-е годы сардинский офицер Дж. Кавалли.

Ядро, шрапнель, снаряд

4-фунтовая полевая пушка системы 1877 г., Наша родина. Калибр — 87 мм, длина ствола — 24,1 ка либра, дальность стрельбы гра натой — до 6470 м, шрапнелью (140—170 пуль) — до 3400 м. Лафет — с поздними стальными колесами

Французы, начав в 1848 году опыты с нарезными орудиями, через 10 лет приняли нарезное дульнозарядное орудие, снаряд которого был обеспечен 2-мя рядами выступов, ведущих его по нарезам ствола.

Использование нарезной артилерии

В первый раз нарезную артиллерию применили во время Итальянской войны 1859 года, когда она, использованная французами, показала очевидные достоинства перед гладкостенной австрийской. Австрийцы в том же году ввели у себя похожую нарезную артиллерию, но во время войны 1866 года она оказалась слабее прусской нарезной — казнозарядной и поболее дальнобойной.

В Пруссии изучить казнозарядные нарезные орудия стали в 1851 году, используя опыты шведского барона Варендорфа, который начал их в 1840-е годы под воздействием Кавалли. И в 1859 году приняли нарезные орудия и снаряды со свинцовой оболочкой для ведения снаряда по нарезам и обтюрации пороховых газов, другими словами предотвращения их прорыва меж снарядом и стенами ствола.

В том же году нарезные казнозарядные пушки Армстронга ввели у себя англичане. Необходимо отметить, что для увеличения прочности ствола при выстреле Армстронг использовал его скрепление кольцами, насажеными в нагретом состоянии (теорию скрепления стволов позднее разовьет российский артиллерист Гадолин). Занимательно, что потом англичане на время перебежали на дульнозарядные нарезные орудия, которые вызывали у их больший энтузиазм. Так, в 1850-е годы Витворт экспериментировал с полигональными орудиями (к этой идее возвратятся много позднее), Ланкастер — с эллиптическим каналом ствола.

Существенное воздействие на развитие артиллерии оказала франко-прусская война 1870— 1871 годов. Французская полевая артиллерия имела бронзовые орудия Ла Гитта, прусская — железные казнозарядные крупповские пушки с дальностью стрельбы 3500—4000 метров против 2800 метров у французских. Достигнутый пруссаками фуррор гласил сам за себя.

Казенная часть

В казнозарядной схеме необходимы были такие сис темы запирания, которые бы обеспечивали резвое заряжание и крепкое запирание канала ствола на время выстрела; гонку посреди различных систем выигрывали клиновые и поршневые затворы. В 1860 году Клейнер предложил двойной клиновый затвор, оказавшийся очень сложным и ненадежным. В 1865 году на пушках Круппа появился клиновый затвор, передняя поверхность которого была перпендикулярна оси канала ствола, а задняя наклонна к ней. При вдвигании затвора в поперечное гнездо казенника он прижимался к казенному срезу ствола.

Ядро, шрапнель, снаряд

Лимонка для дульнозарядной нарезной пушки с ведущими выступами

Во Франции Трель де Больё предложил поворотный затвор с прерывчатой винтообразной поверхностью, которой соответствовали упоры в казенной части ствола. Так появился тип поршневого затвора, принятый поначалу для морских, а потом и для других типов орудий.

При боевом заряде пороха в сгорающем картузе обтюрация (и обеспечение безопасности артиллеристов) была серьезнейшей неувязкой. С крупповским клиновым затвором распространился обтюратор Бродуэлла в виде плотно пригнанных кольца в каморе ствола и плитки в затворе. Другой вариант кольца разработал Пиорковский («германское» кольцо). Французский поршневой затвор нес обтюратор Банга (Банжа) в виде пластической кольцевой прокладки, сжимаемой под давлением пороховых газов меж железными поверхностями и перекрывающей казенник. Такие обтюраторы сохранили свое значение и позднее для многокалиберных орудий картузного заряжания.

Но в полевой артиллерии кардинальным решением трудности стала железная гильза, прижимаемая давлением пороховых газов к стенам зарядной каморы ствола. Когда при помощи железной гильзы соединили снаряд, боевой пороховой заряд и капсюль, инициирующий боевой заряд, получили унитарный выстрел (патрон), ставший основой увеличения скорострельности полевых пушек.

В русских границах

В Рф в 1860 году еще успели принять на вооружение последнюю систему гладкоствольной артиллерии. Но уже в процессе Крымской войны начали делать винтообразные нарезы в стволах 12-фунтовых медных пушек — временная мера, которая не могла дать приметного фуррора. Все же таковой метод получения нарезных орудий приглянулся. В 1863 году на вооружение приняли дульнозарядную 4-фунтовую пушку, выполненную «по французской системе» — только медь поменяли более крепкой бронзой. Чугунную гранату цилиндро-стрельчатой формы с цинковыми выступами для нее разработал Н.В. Маиевский. Сделали также картечную гранату и картечный выстрел. В маленьком количестве сделали стальные лафеты Безака. (Переход к таким лафетам, позволявшим повысить мощность орудий, начался в 1860-е годы в полевой артиллерии различных армий; древесными оставляли только колеса.)

Ядро, шрапнель, снаряд

Устройство лафета обр. 1895 г. систем Энгельгардта для полевой легкой пушки

Казалось бы, российская армия «подтянула» свою артиллерию. Но австро-датскопрусская война 1864 года и австро-прусская 1866 года проявили, как артиллерия европейских стран (и сначала немецкая) обогнала русскую.

Видео: Установка УОС «ЛАФЕТ» предназначена для дистанционного управления отстрелом спецсредств для оказания психофизического воздействия со- трудниками МВД РФ на правонарушителей при пресечении массовых беспорядков.

Развитие устройства лафета

Под управлением Н.В. Маиевского и А.В. Гадолина разработали 9- и 4-фунтовые (калибры соответственно 107 и 87 мм) казнозарядные нарезные бронзовые полевые орудия с клиновым затвором системы Крейнера (позднее его сменили на затвор Круппа), которые вошли в новейшую систему артиллерии, известную как «система 1867 года». Чугунные снаряды получили свинцовую оболочку. В 1868 году приняли стальные лафеты А.А. Фишера. В.Ф. Петрушевский разработал новый трубчатый прицел. Удлиненные снаряды цилиндрооживальной формы были «сильнее» сферических снарядов гладкостенной артиллерии, но соответственно и тяжелее. Но наилучшая обтюрация пороховых газов, верный полет и наилучшая форма снарядов позволяли прирастить дальность стрельбы.

У нарезных орудий дальность стрельбы была практически в три раза больше, чем у гладкостенных, а характеристики меткости стрельбы нарезных орудий на дальности около километра были в 5 раз лучше. Артиллеристы могли сейчас поражать не только лишь протяженные по фронту и в глубину, да и маленькие цели. С другой стороны, и саму артиллерию можно было эшелонировать в глубину. Но это добивалось наилучшего маневра огнем, а означает — еще большего роста дальности стрельбы (опыт франко-прусской войны). А повышение дальности — это существенное повышение давления пороховых газов в канале ствола, чего бронза не допускала. В Рф А.С. Лавров сделал огромную работу по увеличению прочности бронзовых орудий, полученную по его методу артиллерийскую бронзу за рубежом даже окрестили сталебронзой. Но существенное повышение дальности стрельбы и достижение при всем этом высочайшей живучести орудий мог дать только переход на литую сталь.

Железная революция

«Век девятнадцатый — железный», — писал Александр Блок. И по правде, промышленная и технологическая революция XIX века прошла под знаменем резвого развития металлургии железа, сталь и чугун преобразовывались в основной материал во всех отраслях техники. И ни одна из их так не зависела от металлургии, как артиллерия. Опыты над железными орудиями делались еще в конце XVIII — начале XIX века, но индустрия не была готова к производству железно-стальной артиллерии. Требовались новые технологии получения стали и обработки железных заготовок. Это значительно подстегнуло развитие металлургической индустрии. На 1-ые места вышли германские, английские и французские предприятия.

Появление метода получения стали

В 1847 году А. Крупп представил сделанное на его заводе 3-фунтовое орудие из литой тигельной стали. В 1855 году Г. Бессемер запатентовал конверторный метод получения стали (кстати, металлургией Бессемер занялся конкретно в поисках материалов для новых орудий). В 1864 году возникает регенеративная печь П. Мартена. Качественная сталь из лабораторий выходит в общее создание, сначала — орудия.

В Рф более успешный метод промышленного производства литой тигельной стали предложил инженер П.М. Обухов. Его сталь, приобретенная в 1851 году на Юговском заводе, обладала такими необходимыми свойствами, как упругость и вязкость. В 1860 году на Златоустовском заводе он сделал 12-фунтовую железную пушку, которая выдержала на испытаниях 4000 выстрелов. В 1863 году Обухов вместе с Н.И. Путиловым основывают в Санкт-Петербурге сталелитейный завод. В 1868 году Путилов закладывает и свой завод (в 1890-е годы тут будут развернуты артиллерийские мастерские и сотворена «артиллерийско-техническая контора»). А пока с трудом налаживалось свое создание, военное ведомство вынуждено было обратиться к заказам на заводах Круппа. С 1861 по 1881 год на российских заводах для российской армии было сделано 2652 орудия разных систем, а на заводах Круппа — 2232. Не напрасно А. Крупп писал в 1864 году генералу Э.И. Тотлебену, что его фабрика «пользуется трудом 7 тыщ рабочих, большая часть из которых работает на Россию».

Как можно далее

В русско-турецкую войну 1877—1878 годов российская армия вступила с системой 1867 года. Турецкая артиллерия имела в целом худшую подготовку, но наилучшую вещественную часть, включая железные дальнобойные пушки. Не считая того, обширное внедрение в этой вой не укреплений поставило вопрос о полевом орудии, которое вело бы подвесной огнь (по более крутой, ежели у полевых пушек, линии движения) снарядом сильного фугасного деяния.

Железные стволы и затворы для новейшей системы российской артиллерии разработали у Круппа. В Рф собственный вклад в работу занесли Маиевский, Гадолин и Энгельгардт. На вооружение российской армии поступает «система 1877 года», включившая в том числе 9-фунтовую батарейную пушку, 4-фунтовые легкую и горную пушки. У новых пушек были стволы с прогрессивной вырезкой (крутизна нарезов увеличивалась от казенной к дульной части ствола) и новые выстрелы. Сталь позволила наращивать дальность стрельбы, увеличивая давление в канале ствола и длину ствола. Скажем, у полевых пушек системы 1838 года длина ствола составляла 16,5—17 калибров, системы 1877 года — 19,6—24 калибра. Исходная скорость снаряда 4-фунтовой (87-мм) пушки 1877 года возросла на 40% по сопоставлению с пушкой 1867 года (с 305 до 445 метров за секунду), дальность стрельбы — практически в два раза (с 3414 до 6470 метров). Систему 1877 года окрестили «дальнобойной» — в 1870—1880-е годы «дальнобойная» артиллерия вводилась везде. При всем этом снаряды также стали длиннее и «мощнее».

Нарезная, и уж тем паче дальнобойная артиллерия востребовала поновой решать баллистические задачки. Широкую известность заполучили труды по баллистике французского артиллериста Валье и итальянского Сиаччи. В Рф огромную роль игрались работы основоположника российской научной школы баллистики доктора Михайловской артиллерийской академии Н.В. Маиевского (Михайловская академия стала одним из научных центров Рф) и его последователей П.М. Альбицкого, В.А. Пашкевича, Н.А. Забудского. Необыкновенную роль во внедрении математических способов в артиллерийскую науку сыграл академик П.Л. Чебышев.

Чему пылать и взрываться?

В протяжении 6 веков с момента собственного зарождения огнестрельное орудие держалось на применении дымного пороха. Им заполняли гранаты и бомбы, его применяли в вышибных зарядах и т. д.

В Рф посреди XIX века порох выполнялся на казенных Охтенском, Шосткинском, Казанском заводах. Их производительности уже не хватало для ублажения возрастающих потребностей (говорилось о расходе пороха в процессе обороны Севастополя). И здесь приходилось обращаться к заказам за рубежом, к примеру в Германии, либо к финским заводчикам (Финляндия воспользовалась в Русской империи значимой автономией). Ради роста поставок с 1876 года разрешили личное пороходелие.

Ядро, шрапнель, снаряд

9-фунтовая батарейная пушка системы 1877 г., Наша родина. Калибр — 106,7 мм, длина ствола — 19,7 калибра, дальность стрельбы гранатой — до 5330 м, шрапнелью (171 пуля) — до 3200 м

В артиллерии XIX века от дымного пороха получили, можно сказать, максимум вероятного. С 1876 года началось изготовка медлительно и поболее умеренно пылающего пороха в виде призматических зернышек, с 1884 года стали делать бурый крупнозернистый дымный порох заместо темного. Но недочеты дымного пороха преодолеть так и не удалось.

В 1880—1890-е годы наступает новенькая эпоха. В мире велись насыщенные работы по созданию бездымного пороха, на замену механической консистенции приходили органические хим соединения. Главные надежды ложили на пироксилин. В 1845 году И.Ф. Шейнбейн в Швейцарии и А.А. Фадеев в Рф начали исследование способностей использования пироксилина в военном деле. В 1868 году собственный вариант пироксилинового пороха сделал в Германии Шульце. Но неустойчивость пироксилина, его способность к самовоспламенению делали такие пороха очень небезопасными.

В конце концов, в 1886 году во Франции П. Вьель сделал размеренный, однородный, медлительно пылающий пироксилиновый порох, привлекший внимание во всех странах. В 1889 году в Великобритании Абель и Дьюар получили нитроглицериновый порох.

В том же 1889 году особая комиссия Головного артиллерийского управления занялась постановкой производства бездымного пороха на Охтенском заводе, и в 1890 году под управлением доктора Н.П. Федорова была выпущена 1-ая партия пороха, который приняли в артиллерии в 1894 году. Большой вклад в создание бездымных порохов занесли величавый российский химик Д.И. Менделеев и его ученики — И.М. Чельцов, П.П. Рубцов, С.Н. Вуколов. В 1891 году под управлением Менделеева был сотворен пироколлоидный порох.

Бездымный порох

Сила бездымного пироксилинового пороха втрое выше, чем дымного. Сгорает бездымный порох медлительнее и ровнее, соотношение меж наибольшим и средним давлениями газов в канале ствола куда меньше. Кривая давления пороховых газов в канале ствола более плавная, что позволяло удлинить стволы орудий, повысить исходные скорости снарядов и настильность линии движения, а это давало и наилучшую меткость стрельбы. Большая дальность стрельбы, достигнутая вообщем в тот период, была получена на стрельбах 1892 года в Германии из 24-сантиметровой пушки Круппа с длиной ствола 40 калибров — 20 226 метров. Но для полевых орудий это было труднодоступно — сочетание калибра и длины ствола тут ограничивалось требованиями маневренности, в особенности с учетом способностей конной упряжки. Потому к концу XIX века для полевых пушек выбираются калибры около 3 дюймов (75—77 мм), оказавшиеся хорошими на добрые полстолетия. Новые пороха давали существенно наименьший нагар и не создавали облака густого дыма, что позволяло повысить боевую скорострельность не только лишь отдельных орудий, да и батарей.

Ядро, шрапнель, снаряд

2,5-дюймовая горная пушка, Наша родина, 1877 г. Калибр — 63,5 мм, длина ствола — 18,8 калибра, дальность стрельбы гранатой — до 3200 м, шрапнелью (88 пуль) — до 2347 м

Пока в Рф ставилось создание бездымного пороха, приходилось закупать его во Франции. Русская текстильная индустрия просто не могла снабдить пороходелов нужным количеством хлопчатобумажных концов, их даже приходилось закупать в Великобритании. К концу века российские фабрики вышли на требуемый уровень производства. Основными поставщиками порохов для полевой артиллерии стали Охтенский и Казанский фабрики. Правда, сами заявленные потребности были очень занижены, но это стало понятно много позднее.

Бомбы и гранаты

Что касается разрывных зарядов бомб и гранат, то тут дымный порох поменяли другие продукты органической химии — сильнодействующие бризантные (дробящие) взрывчатые вещества. Еще в 1854 году Н.Н. Зинин предложил использовать нитроглицерин для снаряжения снарядов. Опыты с таким снаряжением провел В.Ф. Петрушевский. В 1869 году испытали стрельбой снаряды, оснащенные динамитом Нобеля. Итог был плохим, как и тесты в 1886—1887 годах динамита Грейдона. Чувствительность динамита и нитроглицерина к сотрясениям не допускала такового их внедрения (южноамериканский флот из-за этого в 1880-е годы даже экспериментировал с пневматическими динамитными пушками Залинского). В 1890 году на вооружение в Рф приняли снаряды, оснащенные упрессованным пироксилином. В 1889 году штабс-капитан С.В. Панпушко начал опыты снаряжения снарядов мелинитом (он же пикриновая кислота, тринитрофенол) — взрывчатым веществом, приобретенным французом Э. Тюрпеном. После смерти Панпушко при взрыве по заданию ГАУ опыты возобновил штабс-капитан П.О. Гельфрейх. Снаряды для полевых орудий, оснащенные по его методу, были испытаны Комиссией по применению взрывчатых веществ. В 1895 году мелинитовые фугасные гранаты ввели только для крепостной и осадной артиллерии. Полевая же артиллерия до начала XX века снарядов с сильнодействующими взрывчатыми субстанциями не получила, чему был ряд обстоятельств, включая технологические трудности.

Стоит увидеть, что новые взрывчатые вещества по привычке некое время еще назвали порохами — это относилось как к метательным субстанциям (за которыми так и осталось заглавие «пороха»), так и к бризантным («пикриновый порох», «динамитный порох»), и инициирующим (капсюльные составы назвали «ударным порохом»). Здесь самое время перейти к разговору о боеприпасах полевой артиллерии.

Прощайте, ядра

Посреди XIX века на вооружении полевой артиллерии имелось несколько типов снарядов. В последний период господства гладкостенной артиллерии сплошные ядра забывались, орудия вели огнь бомбами, гранатами, картечью. 1-ые представляли собой фугасные снаряды, различавшиеся только весом — снаряды до пуда именовались гранатами, более пуда — бомбами. Картечные выстрелы, начиненные круглыми пулями, служили для борьбы с живой силой накоротке. С развитием артиллерии в XIX веке от картечи равномерно отрешались (позднее к ней пришлось возвратиться), зато рос энтузиазм к шрапнели. В 1803 году английский полковник Шрапнель дополнил круглыми пулями пороховой заряд пустотелого снаряда и снабдил его запальной трубкой, надеясь устанавливать время подрыва.

В конце 1870-х годов в Рф начали массово изготавливать диафрагменную шрапнель, разработанную В.Н. Шкларевичем. Если при взрыве шрапнели с центральной каморой пули разлетались в стороны, то диафрагма выталкивала пули вперед, и они разлетались в переделах конуса — выходил картечный выстрел, но на расстоянии.

Ядро, шрапнель, снаряд

75-мм пушка Mle 1897 г., Франция. Длина ствола — 36 калибров, масса орудия — 1160 кг, дальность стрельбы шрапнелью — до 8500 м

В системе артиллерии 1877 года снаряды удлинили, увеличив массу разрывного заряда в гранатах и количество пуль в шрапнелях. Не считая того, увеличивалась поперечная нагрузка снаряда — отношение массы снаряда к площади большего поперечного сечения, а это уменьшало падение скорости под действием сопротивления воздуха, что содействовало дальнобойности и повышению настильности линии движения. Изменялись и части, ведущие снаряд по нарезам. Свинцовую оболочку, которую при увеличившемся давлении пороховых газов в канале ствола просто срывало бы, сменили два ведущих медных пояска. В 1880-е годы установили, что довольно 1-го ведущего медного пояска у донной части снаряда и центрирующего утолщения самого корпуса снаряда поближе к головной его части — это сочетание сохранилось до наших дней.

К 9-фунтовым пушкам приняли двустенную (кольцевую) гранату полковника Бабушкина: в корпусе гранаты помещался набор зубчатых колец, другими словами речь шла о снаряде с полуготовыми осколками. Правда, введение металлической гранаты, корпус которой дробился на осколки более умеренно, чем металлической, решило вопрос осколочного деяния проще.

Производство снарядов — трудности

Создание снарядов в Рф велось в главном на казенных заводах. Возросшие потребности в их принудили в 1880-е годы обратиться к личным компаниям. Предполагалось, что конкурентность позволит понизить цены на снаряды. Но личные общества просто заключили соглашение и удерживали высочайшие цены, так что за снаряды казна переплачивала 2—3 миллиона рублей в год.

Стремительно изменялись и взрыватели, и трубки артиллерийских снарядов. Более верный полет удлиненных снарядов нарезной артиллерии обеспечивал трубкам более надежное срабатывание. В 1863 году для гранат нарезных пушек приняли ударную трубку полковника Михайловского с инерционным ударником (в 1884 году — более надежную ударную трубку подполковника Филимонова). Для шрапнелей сменилось несколько типов дистанционных трубок. Удачно разрешить делему дистанционной трубки удалось, только применив дистанционное кольцо. Зависимо от установки трубки огнь передавался пороховой петарде (а от нее — разрывному заряду снаряда) после выгорания определенного участка кольца. В российской артиллерии трубка с дистанционным кольцом была принята в 1873 году. Но в 1880-е годы ее пришлось поменять более надежными трубками по эталону крупповских, к тому же 12-секундными, в согласовании с повышением дальности стрельбы пушек системы 1877 года (хотя войсковые артиллеристы просили трубки на огромные дальности). Введение бризантных взрывчатых веществ потребовало дополнить трубки капсюлями-детонаторами — новые взрывчатые вещества были малочувствительны к лучу огня и инициировались детонацией. В Рф в связи с разработкой скорострельной полевой пушки появилась 22-секундная дистанционная трубка двойного деяния. Она допускала установки «на удар» (подрыв при ударе о преграду) либо на «шрапнель» (с установкой времени подрыва).

Стрельба без откатов

Новые условия боевых действий добивались усиления артиллерии, а это подразумевало повышение не только лишь дальности стрельбы и «силы» снарядов, да и боевой скорострельности. Меж тем до последнего десятилетия XIX века скорострельными пушками называли разве что многоствольные картечницы вроде 10,67-мм картечниц Гатлинга-Горлова либо Гатлинга-Барановского, состоявших в 1870-е годы на вооружении российской артиллерии.

Ядро, шрапнель, снаряд

6-дюймовая полевая мортира обр. 1885 г., Наша родина. Калибр — 152 мм, масса орудия — 1180 кг, масса бомбы — 27,4—34 кг, дальность стрельбы бомбой — до 4480—3700 м, шрапнелью — до 3700 м. Лафет — с поздними стальными колесами

Казнозарядная схема и стволы из литой стали полностью допускали это, но требовалось к тому же убрать откат орудия после выстрела, который достигал 3—5 метров. Расчету приходилось накатывать и опять наводить орудие. В 1880-е годы проектировались разные лафеты, уменьшавшие откат. А.П. Энгельгардт ввел упругую связь меж ходом и станком лафета и лемех, бороздивший грунт. Потом появились лафеты с лемехом, зарывавшимся в грунт и связанным с лафетом через пружину либо буфер (Энгельгардт, Арисака, Крупп, Виккерс). Такие лафеты относили к системам ускоренной стрельбы. Правда, при выстреле орудие подпрыгивало.

Введение унитарных патронов и бездымных порохов сделало высококачественное повышение скорострельности реальным делом. Путь к этому указал В.С. Барановский, опередив свое время на четверть века. Еще в 1872 году он разработал орудие, сочетавшее металлической ствол, унитарный патрон с железной гильзой, поршневой затвор с ударным механизмом, противооткатные устройства, поглощавшие часть энергии отдачи, винтообразной механизм горизонтальной наводки, механизм вертикальной наводки, оптический прицел. В 1877 году его 2,5-дюймовые пушки приняли Военное и Морское ведомства. Система добивалась доработки, но смерть Барановского при испытаниях орудия в 1879 году оборвала работы. В 1890-е годы конструкторы возвратились к заложенным Барановским принципам «упругого лафета», разделив лафет на станок и люльку, соединявшую станок со стволом через противооткатные приспособления (тормоз отката и накатник).

Огромное воздействие на развитие полевой артиллерии оказало принятие во Франции в 1897 году 75-мм полевой пушки системы Депора, имевшей длину ствола 36 калибров и замечательно высшую скорострельность — до 14—16 выстрелов за минуту. Длиннющий откат, противооткатные устройства с гидропневматическим тормозом отката, быстродействующий эксцентрический затвор, прицельные приспособления с независящей линией прицеливания — все это делало французскую пушку выдающимся орудием собственного времени.

В Рф же в 1893 году утвердили подмену 4-фунтовых орудий с клиновым затвором орудиями с поршневым затвором (поршневые пушки). «87-мм легкая пушка обр. 1895 г.» как и раньше имела раздельное заряжание, баллистические характеристики ее не поменялись. Но лафет Энгельгардта с зарывающимся лемехом и буфером несколько прирастил скорострельность.

В канун Нового века

В 1892—1894 годах в Рф испытали несколько скорострельных пушек патронного заряжания — 61- и 75-мм Норденфельда, 60- и 80-мм Грюзона и 75-мм Сен-Шамона. В 1896 году была испытана 76-мм пушка Александровского завода. И в конце такого же 1896 года ГАУ разработало тактико-технические требования к полевой скорострельной пушке с упругим лафетом и патронным заряжанием.

В конкурсе приняли роль четыре российских завода (Обуховский, Александровский, Путиловский, Железный) и четыре забугорные компании («Крупп», «Шнейдер», «Гочкис», «Сен-Шамон»). В 1900 году было представлено к испытаниям девять систем. По результатам испытаний 1-ое место дали пушке Путиловского завода. Пушка имела скрепленный кожухом ствол длиной в 31 калибр, быстродействующий поршневой затвор, дуговой прицел. Принципиально было и наличие угломера — уже практиковавшаяся русскими артиллеристами стрельба с закрытых позиций получила «инструментальную» поддержку. Разработанный А.П. Энгельгардтом лафет имел противооткатные устройства (гидравлический тормоз отката и каучуковый накатник) в станинах. Боевая скорострельность — 10 выстрелов за минуту. Орудие получило обозначение — «трехдюймовая полевая скорострельная пушка обр. 1900 г.».

В том же 1900 году скорострельная пушка получила боевое крещение — одну батарею направили в Китай на угнетение боксерского восстания. XX век российская полевая артиллерия встречала в боях.

Ядро, шрапнель, снаряд

3-дюймовая (76-мм) скорострельная полевая пушка обр. 1900 г., Наша родина. Калибр — 76 мм, длина ствола — 31 калибр, масса орудия в боевом положении — 996 кг, дальность стрельбы шрапнелью (260 пуль) — до 5100— 5500 м, гранатой — до 8500 м

При том, что скорострельная пушка являлась современной, она не была лишена недочетов — сначала в конструкции лафета. Тем временем представители зарубежных компаний востребовали повторных испытаний доделанных систем. Наилучшим опять оказался значительно доработанный эталон Путиловского завода. Появилась «трехдюймовая пушка обр. 1902 г.» с откатом по оси ствола. К производству новейшей пушки подключили Путиловский, Обуховский, Петербургский (сов местно с Пермским) фабрики. «Трехдюймовка», разработанная в «артиллерийской конторе» Путиловского завода Л.А. Бишлягером, К.М. Соколовским, К.И. Липницким, оказалась одним из наилучших полевых орудий начала XX века. Российская полевая артиллерия сделала принципиальный технический прорыв, выйдя в число передовых.

Видео: 76-мм полевая пушка обр. 1902 г. (Россия) Знаменитая «Трехдюймовка»

Но были в новеньком артиллерийском комплексе и недочеты, исправлять которые начали уже на основании кровавого опыта русско-японской войны. И основным посреди их была мысль одного снаряда, пришедшая из Франции. Скорострельность, высочайшие скорости снарядов, а отсюда — настильность линии движения — новые дистанционные трубки породили иллюзию, что все задачки, стоящие перед полевой артиллерией, можно решить одним типом орудия и одним типом снаряда, упростив заготовление орудий и боеприпасов, снабжение армии, обучение и применение в бою. Речь шла о сочетании скорострельной полевой пушки и шрапнели. Это отвечало теориям скоротечной маневренной войны с боевыми столкновениями на равнинах и открытыми целями в виде плотных пехотных цепей, но никак не отвечало войнам, которые разразятся скоро.

Не считая того, российская шрапнель снабжалась 22-секундной трубкой, ограничивавшей дальность стрельбы из полевой пушки 5100—5500 метрами, в то время как ее хорошая баллистика позволяла вести огнь на дальностях в полтора раза огромных.

Революция в военном деле — нарезные орудия

Переход от гладкостенных орудий к нарезным, от дульнозарядных к казнозарядным, от бронзовых к железным, введение упругих лафетов, бездымного пороха, железных снарядов, бризантных взрывчатых веществ, надежных дистанционных и ударных трубок, железных гильз, новых прицелов — эти революционные конфигурации вместились в полстолетия, отменно изменив и саму артиллерию, и военное дело в целом.

Российская полевая артиллерия заходила в XX век не только лишь с самой современной 3-дюймовой полевой пушкой. Еще в 1885 году на вооружение приняли 6-дюймовую (152-мм) полевую мортиру системы Круппа на лафете А.П. Энгельгардта. Это было принципиальным шагом в развитии полевой артиллерии, все значение которого, невзирая на устарелость самой мортиры, оценили уже во время русско-японской войны 1904—1905 годов. По два калибра и два типа орудий имелись и в полевой артиллерии других армий. Так, в германской армии 7,7-см полевая пушка 1896 года дополнялась 10,5-см полевой гаубицей такого же года, в английской 76-мм (15-фунтовая) пушка 1896 года — 127-мм (5-дюймовой) гаубицей 1897 года. Свои плюсы и недочеты новенькая система артиллерийского вооружения проявит очень скоро.

Другие статьи:
Интернет журнал НЛО МИР

Всего комментариев: 0

Оставить комментарий

*

code

Редакция рекомендует

close
x