Предвидение ученых – военному делу

Наноспутники и роботы-насекомые появятся если не сегодня, то завтра

Доктор физико-математических наук, профессор Георгий Малинецкий, заместитель директора по научной работе Института прикладной математики им. М.В.Келдыша РАН, не один год занимается математическим моделированием исторических процессов. Что это за вид деятельности, какова его результативность, какие выводы будут интересны с точки зрения российской безопасности – вот тема нашей беседы.

– Георгий Геннадиевич, по первой специальности вы математик, а занялись историей, математическим моделированием исторических процессов. Что вас побудило «залезть в чужой огород»?

– Математика – это не только таблица умножения, алгоритмы, всевозможные уравнения и т.д. и т.п. Она вполне применима и к другим, на первый взгляд совсем далеким от нее дисциплинам. И в этом плане история отнюдь не исключение. Если ее рассматривать прямолинейно, как банальное перечисление событий в прошлом и не более того, то она носит лишь описательный характер и, как известно, не терпит сослагательного наклонения.

Но исторический процесс – это не простое перечисление фактов, явлений. Это – сочетание огромного числа поступков, воль, мнений, устремлений, замыслов и просчетов. Вот и возникает вопрос: как из всего массива этих фактов вычленить те немногие, которые наилучшим образом характеризуют изучаемые явления? Единственный способ – перейти от анализа фактов к осмыслению процессов. Ну а в таком случае речь уже идет о рассмотрении исторических альтернатив, то есть история изучается в сослагательном наклонении. И не только. Нужно смотреть на перспективу, в будущее, задаваясь вопросом: «А что будет, если?», то есть решать задачи стратегического прогноза и проектирования будущего. Так что мой «приход» в историю логичен и закономерен.

– Для современной России исторический прогноз, как представляется, приобретает особое звучание, значимость. Далеко за примерами ходить не надо. Как известно, у нас принята и начала воплощаться в жизнь новая программа вооружений. Триллионы рублей будут вложены в ОПК. Какое оружие нам нужно, а без какого можно обойтись?

– Вопрос не так прост, как кажется на первый взгляд. Чтобы ответить на него, нужно заглянуть в будущее хотя бы лет на тридцать вперед. Судите сами. От начала финансирования разработки до поступления нового оружия в войска проходит примерно 10 лет. Еще двадцать оно, очевидно, должно находиться в строю и противостоять аналогичным системам противника. Каковы будут эти системы? Кто будет противником? Каков будет облик боя? На каких театрах военных действий армия и флот должны быть готовы решать свои задачи?

– И каковы ответы на эти вопросы?

– Тут одной фразой не отделаешься – слишком серьезные вопросы, слишком сложные задачи стоят перед страной, обществом в целом. Все зависит от того, какие области обороны приоритетны. Если мы хотим охранять границу, тогда, очевидно, нужна система охраны границ, сухопутные войска. Но в таком случае на другие оборонительные цели денег не хватит. Если необходимо «закрывать» города, промышленные центры – это совсем другая программа вооружений. В таком случае необходимо развивать войска ПВО, устанавливать полное радиолокационное поле над страной, развертывать системы слежения, зенитно-ракетные комплексы.

И это еще не все. Россия, как известно, один из крупнейших поставщиков полезных ископаемых на мировой рынок. Вот и возникает вопрос: нужно ли охранять места добычи сырья, транспортные магистрали, которые по большей части пролегают за пределами страны? Если да, то необходимо развивать космические ударные системы, авианосцы.

– А какой вам мыслится война будущего?

– Для ответа на этот вопрос необходимо обладать огромным массивом информации о происходящем в нашей стране, в других странах, в конце концов политической волей. Америка, к слову, начала всматриваться в свое будущее еще в 30-е годы ХХ века, когда для этого была создана корпорация RAND.

А вот нам похвастаться в данной области нечем. Все попытки нашего института, десятка других, с которыми мы находимся в кооперации, всерьез заняться моделированием исторических процессов не получают должной поддержки ни на уровне Российской академии наук, ни в правительстве или администрации президента, ни в Генштабе. В результате Россия, в отличие от развитых стран, не имеет проектов будущего и их анализа, прогнозов, банка моделей, компьютерного моделирования на государственном уровне.

Но я все-таки попытаюсь ответить на ваш вопрос. Многое будет определяться системами мониторинга различного уровня: от дистанционного зондирования (космический уровень) до проектов, которые в американской печати получили название «наблюдающая пыль» (датчики, которые установлены на микроуровне).

Претерпит радикальные изменения солдат как важнейшая боевая единица. Его значимость в боевых условиях существенно возрастет. Оснащенный целым комплексом приборов, он станет выполнять задачи целого подразделения. Это будет иной уровень взаимодействия отдельного солдата с различными родами войск.

Заметно изменится и сама техника. Она значительно уменьшится по своим размерам. Вот лишь некоторые примеры. На последних выставках демонстрировалось оружие спецвойск. В частности, боевая стрекоза. Она меньше ладони. Хотя летает не высоко и не очень далеко, но способна фотографировать, отравлять, подслушивать… Аналогичное изобретение продемонстрировали израильские разработчики. Их боевой шмель, легко умещающийся на кончике пальца, также способен убивать, отравлять, фотографировать. Вот и представьте, если пара таких кремниевых «насекомых» залетит, скажем, в башню танка – танк уже не выстрелит.

А теперь перенесемся в космос. На смену громоздким орбитальным станциям, космическим кораблям приходят наноспутники. К слову сказать, в стенах нашего института разрабатываются подобные спутники весом не более 100 граммов. В перспективе таких «малышей» можно будет выводить на орбиту десятки, а то и сотни тысяч штук. Возникнет целая сеть наноспутников, способных вывести из строя любые современные космические аппараты. Это новое поколение вооружений. И нам следует готовиться к рискам, угрозам, опасностям, с которыми можем столкнуться уже в обозримом будущем. Но именно это направление – создание сетевых структур, наноспутников – почему-то выпало, насколько мне известно, из принятой программы вооружений.