Наша родина. Звездный городок

Уже на подъезде встречаются приятные свидетельства того, что местным жителям близка тема галлактических полетов.

Наша родина. Звездный городок

Наша родина. Звездный городок

Наша родина. Звездный городок

В 90-х годах в критериях недостатка получить пропуск в Звёздный почитали за счастье, так как в местных магазинах продукты были всегда! Недостатка издавна нет, но пропускной режим как и раньше серьезный — стороннему попасть на местность тяжело.

К Юрию Гагарину тут относятся с настоящей теплотой. И это логично: большая часть жителей города — астронавты, их семьи, также учёные и инженеры. Квартиры в «звёздном» не продаются. Потому сторонних тут нет — только те, чья жизнь и работа связана с космосом. Городок делится на две части — служебную и жилую.

Мы находимся на служебной местности Звездного города, отсюда видны все учебные корпуса, где кандидаты в астронавты проходят подготовку. За моей спиной — центрифуга — тут кандидатов в астронавты «раскручивают». Есть тренажерный корпус, где находится станция «Мир», чуток далее тренажерный корпус, где содержится кусок интернациональной галлактической станции. Если пройти по аллее далее, мы упремся в гидролабораторию.

Докторы в Звёздном следуют за астронавтами неотступно. На каждом испытании и тренировке непременно находится бригада докторов. Требования к здоровью ну и другим характеристикам очень жёсткие — им соответствует один человек на 1000.

Как и перед полетом в космос, перед каждой тренировкой курсанты и кандидаты в астронавты проходят непременное мед обследование. Но 1-го здоровья недостаточно. При моем росте, к примеру, о карьере астронавта нечего и грезить. Астронавт не должен быть очень высочайшим.

Полет начинается со старта. К перегрузкам, которые появляются при выводе корабля на орбиту, готовят на центрифуге. Эта громада весит 320 тонн, такового аппарата нет больше ни в какой стране мира.

Наша родина. Звездный городок

Наша родина. Звездный городок

Меня облепили бессчетными датчиками. Вовнутрь центрифуги можно попасть только лежа на особом кресле. В руке — тангента, кнопка на которой должна быть повсевременно нажата, если ее отпускают, означает человек растерял сознание. Центрифуга в таком случае немедля остановится.

Снутри кабинки воссоздана обстановка аппарата, в каком астронавт находится во время выхода на орбиту и спуска с нее, — то же давление, температура. Все, сейчас я стопроцентно отрезан от окружающего мира.

Ранее астронавтам давали нагрузку в 15 «же», другими словами они испытывали силу тяжести в 15 раз больше земной. На данный момент тренировки проходят на 8 «же». Мне пообещали 4, что является нормой для летчиков — истребителей. Сказать «поехали» еще могу, а вот взмахнуть рукою — навряд ли!

Испытание продолжается всего пару минут. Все это время докторы внимательно смотрят за мониторами. Повсевременно поддерживают беседу по радиосвязи. Таким методом выясняя, как на психику оказывают влияние экстремальные нагрузки.

Руки и ноги равномерно наливаются тяжестью. Дышать становится тяжело. Астронавты дышат по специальной методике. Не грудью, а животиком. По другому можно разрушить внутренние органы. Когда ворачивается земной вес, в конечностях появляется необычная легкость.

На центрифуге астронавта готовят к перегрузкам. Управление же галлактическим кораблем отрабатываются в другом зале на тренажерах.

Наша родина. Звездный городок

Наша родина. Звездный городок

Наша родина. Звездный городок

Наша родина. Звездный городок

Наша родина. Звездный городок

Наша родина. Звездный городок

Тут установлены кабины «Союз ТМ» и «Союз ТМ-А». Это не макеты, а конкретно истинные корабли. На их экипажи тренятся, тут же сдают экзамены. Эффект пребывания в космосе делают компы. Астронавт управляет кораблем, смотря на телеэкран, который дает изображение, очень схожее некосмическое. Все деяния экипажа координируют спецы, сидящие за пультами тут же, в зале.

Во время взлета, посадки и маневров на орбите астронавты непременно надевают скафандр типа «старт-финиш».

Скафандра на мой рост не существует в природе, потому я ощущал себя несколько сковано. Ящик в руке — вентилятор. Без него в этом костюмчике очень горячо.

Мне помогает летчик — астронавт Сергей Авдеев. Сергей пробыл в космосе более 2-ух лет, поточнее — 748 суток.

И так мы находимся в 33 метрах от интернациональной галлактической станции, пред нами стоит задачка: сблизиться с ней и совершить стыковку.

Управляется корабль с помощью 2-ух джойстиков непривычной конструкции. Сначала совершать маневры достаточно тяжело. Аппарат реагирует на все команды с большой задержкой. Хоть веса в космосе нет, но масса и, соответственно, инерция остаются. В целом это припоминает компьютерную игру.

Стыковочный узел, в который я только-только целился можно узреть на четкой копии русского куска МКС. На макете интернациональной станции отрабатывают управление системами МКС, деяния в нештатных ситуациях, осваивают системы жизнеобеспечения. Единственное отличие копии от оригинала, находящегося на орбите, — боковая дверь.

Пластмассовые захваты на стенках служат для фиксации предметов. Чтоб они не летали, где придется. Обеденный стол — устройство очень сложное. Для каждого вида товаров — своя ячейка. Молвят, еда у астронавтов достаточно смачная. Исключительно в невесомости чувства изменяются. То, что нравилось на Земле, тут кажется невкусным. И напротив. За столом в космосе не посиживают, а висят. Идеальнее всего цепляться ногами за фиксаторы на полу. Хотя пол тут — понятие относительное. У кого-либо полностью может появиться желание принимать еду не за столом, а над ним.

Если у вас есть хотя бы легкая клаустрофобия, в спальню астронавта лучше не входить. Снутри — только иллюминатор, вентилятор и осветительный прибор — ничего излишнего. Уединение на орбите дается нелегко.

Главный прибор на станции — барометр. Хоть какое изменение давления — тревожный сигнал для экипажа. Отсек освещают особенные лампы. Они не бьются. Осколки, летающие в невесомости, могут натворить таких дел!

Рядовая вода ценится в космосе в буквальном смысле на вес золота. Вся влага, которая конденсируется на переборках, собирается в резервуар для повторного использования. Но можно попить и свежайшей водички. Только придётся поначалу поработать насосом.

О том, как смотрятся уборные на галлактической станции, обычно конфузливо умалчивают. Но при подготовке к полету нужно изучить и это оборудование.

Общее представление о жизни на станции при помощи тренажера получить можно. Но всё равно в невесомости ко всему приходится привыкать поновой. Некие астронавты весь 1-ый полет только обучаются в ней жить.

Последующий шаг подготовки — репетиция выхода в открытый космос. Но поначалу необходимо подобрать подходящий костюмчик. Ранее все скафандры шили по мерке. Сейчас они стандартных размеров, их подгоняют по фигуре. «Орлан-мт» весит 110 килограмм, его не надевают, а залезают через дверцу на спине. При помощи зеркала читают надписи на устройствах, закрепленных на скафандре. На данный момент «Орланы» на МКС употребляют не только лишь наши, да и южноамериканские астронавты.

В космосе приходится делать довольно тонкие операции, потому кончики пальцев у перчаток должны быть эластичными. Их делают из резины, но резина — материал не очень крепкий и на теоретическом уровне перчатка может порваться в космосе. В скафандрах прежних моделей была предусмотрена особая система спасения астронавтов в таком случае. Освоив скафандр на суше, можно перебегать к аква процедурам.

Невесомость, так, как это может быть, воссоздается в гидролаборатории Звёздного города. В бассейн глубиной 12 метров погружают модуль галлактической станции. На нем кандидаты в астронавты отрабатывают операции в открытом космосе. Во время тренировки их именуют «операторами скафандров». Погружение продолжается в среднем четыре часа. За их «операторы скафандров» теряют по два — три килограмма веса.

Ранее полностью все выходы в открытый космос дублировались тут в гидролаборатории. Это делалось для того, чтоб в случае появления неожиданных ситуаций на борту можно было воспроизвести ее и посодействовать астронавтам отыскать решение трудности. На данный момент в гидролаборатории отрабатываются только типовые операции.

Наша родина. Звездный городок

Наша родина. Звездный городок

Наша родина. Звездный городок

Под воду «операторов скафандров» сопровождают аквалангисты. Они обеспечивают безопасность и управляют камерами, которые передают картину в командную рубку.

Сейчас, а именно, отрабатывают «спасение неработающего оператора». Один астронавт типо растерял сознание. Другому нужно затащить товарища вовнутрь корабля. Кстати, это упражнение производится только у нас. Может быть, за границей «неработающих операторов» ценят меньше.

За тренировкой с этого пульта следит капитан второго ранга Дмитрий Верба:

Скажите, а что сложнее всего дается курсантам?

Сложнее всего — это адаптация к довольно сложным условиям пребывания в скафандре. Извините, нужно работать. Внимание: Саша, расфиксируем такелажный узел от кольцевых поручней стыковочного отсека.

Сейчас в бассейне отрабатываются типовые операции: открытие выходных люков, шлюзование, переход по верхней поверхности русского сектора МКС.

Скажите, лючок, по-моему, открывали при помощи лома. Мне не показалось?

Это не лом, а особая галлактическая техника.

За состояние здоровья людей, которые работают в скафандрах, повсевременно наблюдают докторы:

Николай Александрович, а какие характеристики вы измеряете?

Сначала мы контролируем сердечно-сосудистую систему при помощи ЭКГ — снимаем электрокардиограмму, пневмограмму и температуру тела.

Это макет станции «Мир» долгие и длительные годы находился на деньке бассейна гидролаборатории. Но после того как станция «Мир» была затоплена в океане, надобность в нем отпала и сейчас он хранится тут, во дворе.

Возвращение с орбиты — не непременно окончание экспедиции. После приземления астронавта тоже могут ожидать тесты. В 1965 году корабль «Восход-2» с Алексем Леоновым и Павлом Беляевым сел далековато от запланированного места, в тайге. Спасатели добрались до их только через некоторое количество дней.

Потому в космос берут с собой «НАЗ». Носимый аварийный припас. Он поможет выдержать в всех критериях до прихода спасателей.

Наша родина. Звездный городок

Наша родина. Звездный городок

«НАЗ» состоит из 3-х блоков. В первом — вода. Во 2-м — продукты, аптечка и посуда. Припаса товаров — всего на три денька, потому в 3-ем блоке находятся рыболовные крючки, и пистолет. Не считая запасов «НАЗ » оснащается одежкой, применимой для всех погодных критерий.

Приблизительно так может смотреться астронавт, совершивший посадку в незапланированном месте. Тут, в лесах под Звездным городком астронавты и проходят курс выживания.

Молвят, в этом озере могли ловить рыбу только те, кто возвратился с орбиты и накапливает силы в реабилитационном центре. На данный момент тут рыбачат все кому не лень.

В центре астронавты проводят от 5 дней до 2-ух недель, зависимо от длительности полета. Привыкают жить при обычной силе тяжести.

Официальную часть церемонии встречи астронавтов, которые ворачиваются с орбиты домой, всегда начинается тут, на площади Гагарина. Монумент Гагарину был установлен на этом месте в 1971 году в ознаменовании 10-й годовщины первого полета человека в космос. С этим монументом связана очень увлекательная история: сначало в руке за спиной у Гагарина не было цветка, но монумент стоит прямо напротив дома, где жил Юрий Гагарин и где до сего времени живет его жена Валентина Ивановна. Потому позднее было решено воткнуть в руку Гагарина цветок.

Наша родина. Звездный городок

Дома астронавты остаются недолго. Проходят несколько недель, и они опять ворачиваются в тренировочный центр, к людям, которые учат летать их в космос.