Как русские холода Гитлера спасли

Как русские холода Гитлера спасли. 384930.jpeg

Историки давным-давно подсчитали, что на фюрера Третьего рейха было совершено 42 покушения. У каждого отдельно взятого неудавшегося покушения свой неповторимый почерк.

«Начиная с весны 1943 года заговорщики предпринимали новые попытки покушения, — пишет немецкий биограф Гитлера Иоахим Фест. — Все они провалились — то отказывает техника, то проявляется чутье на опасность у самого Гитлера, то вмешивается какая-то непостижимая, никоим образом не могущая быть предусмотренной случайность. Два взрывных устройства, подложенных Хеннингом фон Тресковым и Фабианом фон Шлабрендорфом после посещения Гитлером штаба группы армий «Центр» в середине марта 1943 года в самолет фюрера, не сработали».

Покушения, предпринятые в середине марта, в западной историографии принято называть «мартовскими идами». В римском календаре идами (Idus) назывался день в середине месяцев марта, мая, июля и октября. В мартовские иды (15 марта) 44 год до нашей эры заговорщиками был убит Юлий Цезарь. Свои «мартовские иды» Адольф Гитлер благополучно пережил благодаря русской матушке-зиме.

В густых лесах под Смоленском на фюрера объявили охоту русские партизаны и прусские аристократы. «Военная косточка» ненавидела отставного ефрейтора, взявшего на себя смелость объявить себя главнокомандующим вместо отправленного в отставку Браухича, возглавлявшего сухопутные войска. Впрочем, первые тени сомнения легли на их души после кровавой разборки Гитлера с шефом штурмовиков (СА) Эрнстом Рёмом (Ernst Röhm).

За дело устранения диктатора рьяно взялся тогдашний начальник штаба группы армий «Центр» Хеннинг Герман Роберт Карл фон Тресков (Henning Hermann Robert Karl von Tresckow). Им были детально разработаны альтернативные на случаи неудач планы по устранению диктатора. Словно шахматист, он не желал полагаться на какую-либо определенную акцию, а рассматривал сразу несколько вариантов.

Первоначально планировалось застрелить «Эмиля» (на зашифрованном языке под этим именем подразумевался Адольф Гитлер) в офицерском клубе-казино. Добровольцев на это рискованное дело было хоть отбавляй. Однако все упиралось в нехотя примкнувшему к заговорщикам командующему группы армий «Центр», генерал-фельдмаршалу Гюнтеру фон Клюге (Günther von Kluge). Под разными благовидными предлогами тот всячески оттягивал конец фюрера.

12 марта 1943 года в Смоленске и его окрестностях началось сильное оживление. Из Растенбурга прибыла автоколонна Гитлера и автоматчики начальника личной охраны Гитлера и шефа Имперской службы безопасности (Reichssicherheitsdienst, RSD) Ганса Раттенхубера (Hans Rattenhuber)

Эсэсовцы установили плотный заслон по обе стороны короткого отрезка пути от аэродрома до специально выстроенного недалеко от Смоленска в Красном бору бункера, где у Гитлера была назначена встреча с командующим группой армий «Центр».

Утром фон Клюге предупредил своих подчиненных, что действовать слишком рано. Пока начальник отправился встречать фюрера, прилетевшего в одном из двух или трех Focke-Wulf 200, получивших название «Кондор», фон Тресков и офицер резерва, адвокат Фабиан фон Шлабрендорф (Fabian von Schlabrendorff), женатый на кузине фон Трескова и в 1942-м ставший его офицером для поручений (Ordonnanzoffizier), приступили к запасному плану.

По своим каналам заговорщикам удалось заполучить детальные чертежи самолета фюрера (Führermaschine). Приблизительно за месяц до визита фюрера они заполучили от англичан две бомбы с взрывателями, которыми с успехом пользовались французские партизаны-маки. Но как пронести «подарочек» на борт самолета номер один?

Во время застолья фон Тресков обратился к сидящему рядом подполковнику генштаба Хайнцу Брандту (Heinz Brandt) из Оперативного управления ОКХ с просьбой отвезти полковнику Гельмуту Штифу (Hellmuth Stieff) две бутылки марочного коньяка, который Тресков ему якобы проиграл и долг чести требовал отдать положенное. Брандт прекрасно понимал point d’honneur (дело чести) двух аристократов и с радостью плебея согласился.

Прощаясь на аэродроме, фон Шлабрендорф раздавил капсулу с кислотой. Время пошло. Простачок Брандт сидел рядом с фюрером. Ему предстояло сделать обстоятельный доклад о положении на фронтах. Шансов выжить у Гитлера не было.

Смерть Гитлера, представленная как несчастный случай, давала заговорщикам шанс некоторое время оставаться в тени. Но прежде всего «несчастный случай» помог бы «избежать политических недостатков убийства», как писал после войны адъютант фон Трескова Фабиан фон Шлабрендорф. Кроме того, что покушение на диктатора, «учитывая мягкий и сентиментальный темперамент среднестатистического немца, вызывало бы отвращение».

Самолет с Гитлером благополучно садится, фон Тресков срочно звонит Брандту, чтобы предупредить того, что «подарочек» у него заберет его адъютант, чтобы лично отдать коньяк в руки полковнику Штифу. Все проходит без сучка и задоринки. Хотя, как сказать…

В 1946 году Фабиан фон Шлабрендорф, ставший одним из членов Конституционного суда ФРГ, публикует свои воспоминания под названием «Offiziere gegen Hitler» — «Офицеры против Гитлера».

Процитируем отрывок из его мемуаров: «Брандт встает во весь рост из-за письменного стола, поигрывая пакетом в руках. Мне становится не по себе: не исключено, что бомба все еще может взорваться. Но снова не произошло ничего. По окончании разговора со Штифом я поехал на вокзал Растенбурга. В забронированном для меня купе я осторожно вскрыл бритвенным лезвием пакет. Удалил взрыватель и, к своему удивлению, обнаружил, что он — совершенно чёрный. Жидкость в обеих бутылках разъела проволоку, боек сместился вперед, но взрыватель не сработал. Чем это объяснить, с уверенностью сказать не могу. Однако чувствую, настоящей причиной была все-таки русская стужа. Ведь во многих случаях война показала, что немецкая артиллерия стреляла с недолетом, поскольку наши снаряды были рассчитаны на европейский климат, из-за русских холодов они оказывались не вполне эффективны. Даже часто смазываемые пулеметы отказывали в России зимой».

Вот так всегда. Во всех своих недочетах и просчетах господа и дамы с Запада винят что и кого угодно, кроме самих себя и своих русских противников. По их мнению, в поражении виноваты: безграничные пространства, морозы, бездорожье и черт еще знает что, но только не моральный дух русского воинства и головотяпство собственных командиров. Это на своих пряжках тевтоны сдуру начертали Gott mit uns, а на самом деле Бог с Нами, а не с этими человекоподобными нелюдями.

Другие статьи:
Интернет журнал НЛО МИР

Всего комментариев: 0

Оставить комментарий

*

code

Редакция рекомендует

close
x