Автор: На острове Земля Александры, в архипелаге Земля Франца-Иосифа, стоит комплекс, который смело можно назвать самым необычным зданием России. Три купольных модуля вокруг центрального корпуса, окрашенные в цвета флага, стоят прямо посреди ледниковой пустыни, где до ближайшего жилья сотни километров. Это «Арктический трилистник» — административно-жилищный комплекс Северного флота, построенный у 80-го градуса северной широты.
Разберём, как он устроен, почему имеет такую форму, кто там служит и зачем вообще строить капитальные здания в одном из самых суровых мест планеты.
Содержание
Где именно он стоит
Земля Александры — один из островов архипелага Земля Франца-Иосифа в Северном Ледовитом океане, между Новой Землёй и полюсом. Архипелаг открыла австро-венгерская экспедиция в 1873 году, а в 1926-м он был объявлен территорией СССР. Сегодня это самая северная островная территория России.
Остров покрыт ледниками почти полностью: свободной ото льда земли мало, и строят именно на таких участках. «Трилистник» возведён рядом с местом, где с советских времён существовала пограничная застава Нагурское — названная в честь Яна Нагурского, полярного лётчика, первым поднявшего самолёт над Арктикой. Ледники эти, впрочем, не вечны: о том, что происходит с ледяными щитами планеты, — в материале о глобальном потеплении.
Почему «трилистник» и как это выглядит
Название комплекс получил за форму: от центрального корпуса расходятся три крыла, а между ними стоят три круглых модуля-«лепестка» с купольными крышами. Общая площадь — более 14 тысяч квадратных метров.
Форма здесь не только архитектурная находка, но и инженерное решение. Круглый в плане объём при тех же материалах даёт меньшую площадь внешних стен, а значит, меньшие теплопотери. Переходы между модулями закрытые: в полярную ночь и при морозе под минус сорок выходить на улицу, чтобы попасть из жилого блока в столовую, не нужно.
Отдельная деталь, которую упоминают все, кто писал о комплексе, — окраска. Здания выкрашены синим, белым и красным, в цвета государственного флага. На фоне бесконечной белизны это выглядит контрастно и заодно решает практическую задачу: такое здание видно с воздуха на большом расстоянии.
Что внутри: как живёт гарнизон
Комплекс рассчитан примерно на 150 человек, заявленная автономность — полтора года. Это значит, что гарнизон должен уметь жить без снабжения очень долго: со складами, запасами топлива, системой очистки воды и собственной энергетикой.
Внутри — жилые блоки на одного-двух человек, столовая, спортзал, медицинский пункт, служебные кабинеты. Есть зимний сад с растениями: при полярной ночи, которая здесь длится около четырёх месяцев, зелёный уголок оказывается не декорацией, а вопросом психологической устойчивости людей, отрезанных от мира.
Отопление и энергоснабжение — отдельная история. Комплекс стоит на сваях, чтобы не прогревать мерзлоту под собой и не «поплыть» вместе с грунтом. Рядом работают котельная и дизельная электростанция с характерными красно-белыми трубами — их видно издалека, и они стали таким же опознавательным знаком места, как и сам «Трилистник».
Аэродром Нагурское
Без аэродрома такой объект не имел бы смысла: доставлять грузы кораблями можно только коротким полярным летом, и то не каждый год. Взлётно-посадочная полоса на льду и снегу позволяет принимать тяжёлые самолёты, включая Ил-76. Это делает Нагурское самым северным действующим аэродромом России.
Полоса требует постоянного ухода: снег заносит её за считаные часы, и расчистка идёт непрерывно. Поэтому в штате есть техника для работы с плотным снегом — обычные дорожные машины здесь не справляются.
«Северный клевер»: первый из двух
«Трилистник» — не единственный такой объект. Первым был похожий комплекс на острове Котельный архипелага Новосибирские острова, на 75-м градусе северной широты. Его назвали «Северный клевер», и по конструкции он близок: те же круглые модули, соединённые переходами, та же логика автономности.
Названия получились похожими — клевер и трилистник это, по сути, одно и то же растение, — и это не раз вызывало путаницу в публикациях. Часть изданий до сих пор приписывает «Трилистнику» события, произошедшие на Кольском полуострове или на Котельном.
Зачем строить капитальное здание в Арктике
Вопрос кажется риторическим, но у него есть конкретные ответы. Северный морской путь и арктический шельф — это транспортные и ресурсные интересы, которые нужно обеспечивать постоянно, а не наездами. Для этого нужны базы, где люди могут жить и работать круглый год, а не только в короткое лето.
Второе — граница. Архипелаг Земля Франца-Иосифа лежит в пограничной зоне, и постоянное присутствие там означает постоянный контроль, а не редкие облёты.
Третье — научная и спасательная работа. В Арктике регулярно возникают ситуации, когда нужна точка опоры: гидрометеорологические наблюдения, обеспечение поисково-спасательных операций, приём судов и самолётов, попавших в тяжёлые условия.
Что значит жить на 80-м градусе
Полярная ночь здесь длится около четырёх месяцев, полярный день — примерно столько же. Среднегодовая температура отрицательная, лето короткое и холодное, а ветер делает ощущаемый холод заметно сильнее фактического.
Мерзлота, метели и постоянная работа с ограниченным запасом ресурсов сильно меняют быт. Расход топлива и воды здесь считают не по счётчикам, а по нормам выживания, воду получают из снега и льда, а выход за пределы комплекса без крайней необходимости просто не планируется: пурга накрывает за минуты, и видимость падает до нуля.
Именно поэтому в «Трилистнике» так много внимания уделено мелочам, которые в средней полосе никто не замечает: тамбурам с двумя дверями, шлюзам между модулями, тепловым завесам. Каждая из этих деталей — чья-то практическая ошибка, обнаруженная в прошлых арктических стройках.
Что вокруг: природа и заповедник
Архипелаг Земля Франца-Иосифа входит в состав национального парка «Русская Арктика», и это накладывает на любую деятельность здесь серьёзные ограничения. Растительность скудная: мхи, лишайники и немногие виды трав, деревьев нет вовсе. Зато много белых медведей — острова служат для них родильным домом, и встречи с ними на Нагурском не редкость, а обычная часть быта.
В акватории встречаются нарвалы, белухи, моржи, на скалах гнездятся колонии птиц, тюлени держатся у кромки льда. Всё это существует ровно потому, что архипелаг почти недоступен для массового туризма — и, по крайней мере пока, остаётся таким. Как и плато Путорана с его ступенчатыми каньонами, ещё одно место, куда почти не добраться.
Что это место говорит о человеке
«Трилистник» — не самая известная достопримечательность России, но, пожалуй, одна из самых показательных. Он стоит там, где человеку жить неудобно по всем мыслимым параметрам: холодно, темно половину года, далеко от всего и дорого в содержании. И всё же построен не как выставочный павильон, а как работающий объект, который используют каждый день.
Когда смотришь на снимок этого здания среди льдов, легче всего спросить «зачем такие деньги». Ответы лежат не в архитектуре, а в том, что присутствие в Арктике — не разовое мероприятие, а постоянная обязанность тех, кто согласился её нести. И то, что для неё пришлось придумать дом с тремя круглыми лепестками и зимним садом, — честная цена такой обязанности.
