Меня часто спрашивают: «Верите ли вы в инопланетян?». Я терпеть не могу слово «верить» в науке. Мы не верим, мы вычисляем, оцениваем, сомневаемся. Поэтому я отвечаю иначе: да, внеземная жизнь почти наверняка существует. Но проблема не в том, есть ли они. Проблема в том, что космос устроен так, чтобы держать нас в изоляции. И сейчас я объясню, почему даже при триллионах планет мы, скорее всего, никогда не пожаем руку брату по разуму.

Джонти Хорнер: Инопланетяне почти наверняка есть, но мы их никогда не увидим

Цифры, которые не оставляют выбора

Триллионы миров: Мы точно не одни

Давайте начнем с простой арифметики, от которой у гуманитариев идет кругом голова, но именно она — основа моего оптимизма.

  • В Млечном Пути — около 400 миллиардов звезд.
  • Современные данные телескопа «Кеплер» говорят: у большинства звезд есть планеты. Каменистые, размером с Землю, в зоне обитаемости — не редкость, а норма.
  • Умножаем звезды на среднее количество планет. Получаем триллионы миров только в нашей Галактике.
  • А галактик в наблюдаемой Вселенной — сотни миллиардов. И их примерно столько же, сколько планет в Млечном Пути. Это не метафора, это грубая оценка.

Теперь включите здравый смысл. При таком количестве «недвижимости» утверждать, что разумная жизнь возникла только на одном-единственном пыльном шарике у заурядной желтой звезды — это не научная позиция. Это невежество или высокомерие.

Вывод: Инопланетяне должны быть. Вопрос не в их существовании, а в том, где они и почему молчат.

Проклятие расстояний: Почему «где-то там» — это не «здесь»

400 цивилизаций, разбросанных по пустоте

Теперь включим режим суровой реальности. Допустим, технологическая цивилизация (способная посылать сигналы) возникает у одной звезды из миллиарда. Это чертовски пессимистичный сценарий. Мы как бы говорим: «шанс мизерный».

  • 400 миллиардов звезд ÷ 1 000 000 000 = 400 цивилизаций.

Четыреста! Вроде бы много. В комнате полной народа, если бы они собрались вместе. Но они не собрались. Они размазаны по галактическому диску диаметром 100 000 световых лет и толщиной в пару тысяч.

Прикинем плотность. Если 400 точек раскидать по площади в 8 миллиардов кубических световых лет (я упрощаю), среднее расстояние между ними составит около 5 000–10 000 световых лет.

Остановитесь и вдумайтесь в эту цифру. 10 000 световых лет. Это не «соседний город». Это даже не «соседняя галактика» (хотя близко). Это пропасть, которую наши радиоволны преодолевают 10 тысяч лет.

Закон обратных квадратов — убийца надежд

Наши собственные радио- и телесигналы, которые мы беспечно рассеиваем в космос уже сотню лет, — они чудовищно слабы. По законам физики мощность сигнала падает пропорционально квадрату расстояния.

  • На расстоянии 1 000 световых лет наш самый мощный передатчик — не громче шепота в ураган.
  • На расстоянии 10 000 световых лет — это уже даже не шепот, это тепловой шум, неотличимый от естественного фона Вселенной.

Чтобы нас «услышали» на таком удалении, наши передачи должны быть либо направленными точно в цель (а мы не знаем, куда целиться), либо чудовищно мощными, многократно превышающими всё, что мы строили. И то же самое требуется от них.

Суть: Даже если они есть, даже если они посылают сигналы, вероятность того, что мы смотрим в правильную точку неба в правильное время и на правильной частоте, — астрономически мала.

Парадокс Ферми: Где же все?

Энрико Ферми задал свой знаменитый вопрос в 1950 году: «Если инопланетян так много, где они?». За семьдесят лет мы не нашли убедительного ответа. Все гипотезы делятся на два лагеря:

Лагерь А: Их нет (или они умирают быстро).

  • Великий фильтр в прошлом — мы уникумы.
  • Великий фильтр в будущем — цивилизации самоуничтожаются, не успев разлететься.

Лагерь Б: Они есть, но мы не можем их увидеть.

  • Они сидят по домам (экономия энергии).
  • Они используют технологии, которые мы не умеем детектировать.
  • Космос просто слишком большой.

Я отношусь ко второму лагерю, но с важным уточнением: да, космос слишком большой. И этого объяснения достаточно. Не нужно придумывать зоопарки или гипотезу симуляции. Расстояния убивают контакт эффективнее любых фильтров.

Так есть ли шанс?

Мы пытаемся. Правда, пытаемся

Я не хочу, чтобы у вас сложилось впечатление, будто я призываю опустить руки. Напротив. Мы, ученые, продолжаем искать:

  • SETI прослушивает миллиарды частот.
  • Мы анализируем спектры экзопланет в поисках биосигнатур (кислород, метан).
  • Мы отправляем послания (хотя это спорная затея).

Но я честен со студентами и аудиторией: это поиск иголки не просто в стоге сена, а в стоге сена, разбросанном по территории размером с континент, и у вас нет карты, и вы не уверены, есть ли там вообще иголка.

Оптимизм на дистанции в тысячелетия

Я считаю, что обнаружение внеземной жизни (даже просто микробной, не говоря о разумной) произойдет не при нашей жизни. Скорее всего, наши правнуки или правнуки правнуков получат неопровержимые доказательства.

И это нормально. Космос не обязан подстраиваться под продолжительность человеческой жизни. Он существовал 13,8 миллиарда лет до нас и просуществует еще столько же после.

Резюме: Одиноки, но не уникальны

Моя позиция проста:

  1. Инопланетяне есть. Вероятность обратного ничтожна при тех цифрах, которыми мы оперируем.
  2. Они слишком далеко. Даже до ближайших «кандидатов» — тысячи световых лет.
  3. Технологический контакт почти невозможен без предположения о сверхцивилизациях, управляющих энергией звезд.
  4. Это не делает поиски бессмысленными. Даже отрицательный результат — это данные. А данные — это то, что движет науку.

Мы живем на крошечном островке в бескрайнем океане. Возможно, где-то за горизонтом есть другие острова, и на них тоже горят костры. Но океан слишком велик, чтобы мы могли разглядеть эти искры невооруженным глазом.

Но мы не перестаем всматриваться в темноту. Потому что это в природе человека — смотреть на звезды и спрашивать: «Кто еще смотрит на нас?».