Автор: Разговоры о том, что молитва влияет на тело, обычно упираются в один и тот же спор: одни считают это доказанным, другие — выдумкой. Между тем исследований действительно много, и они очень разные по качеству. Часть выводов получена на нескольких добровольцах и за тридцать лет не была повторена, часть — на тысячах пациентов, и результаты у них противоположные. Разберём, что именно измеряли, на ком и что из этого следует.
Содержание
Что нашли в Институте Бехтерева
Самая известная в русскоязычной литературе история началась в Петербурге. Профессор Валерий Слёзин, заведовавший лабораторией нейро- и психофизиологии Психоневрологического института имени Бехтерева, записывал электроэнцефалограмму людям во время молитвы. В опытах участвовали православные священники и семинаристы, католический ксёндз, мирянин-мусульманин из Северного Йемена, дзэн-буддист, индийский практик медитации.
Результат, о котором Слёзин рассказывал в интервью конца девяностых, выглядел так: при обычном бодрствовании кора головного мозга взрослого человека генерирует альфа- и бета-ритмы с частотой примерно от 8 до 30 герц. У молящихся ритм замедлялся, а у наиболее сосредоточенных, по словам исследователя, оставались только медленные дельта-волны частотой 2–3 герца и почти исчезала электрическая активность коры. У католического священника полного затухания не было, но тенденция сохранялась.
Это состояние Слёзин назвал «четвёртым функциональным состоянием мозга» — в дополнение к трём известным: бодрствованию, медленному и быстрому сну. Сам он говорил, что был атеистом, а после этих экспериментов крестился. В интервью он честно оговаривался, что не может доказать некоторые свои предположения, в том числе мысль о том, что сознание в этот момент существует вне тела.
Почему «четвёртое состояние» осталось гипотезой
Важная деталь, которая в пересказах обычно пропадает: дельта-волны — не редкость и не признак чего-то сверхъестественного. Они законно появляются у взрослого в глубоком сне, а у детей первых месяцев жизни составляют основу фоновой активности. Медленные ритмы можно получить и другими способами — при глубокой релаксации, при некоторых видах медитации, а также при ряде состояний, которые к духовной практике отношения не имеют.
Дальше начинается методическая проблема. Чтобы утверждать, что молитва даёт особое, ни на что не похожее состояние, нужны три вещи: понятный протокол записи, контрольная группа, которая делает нечто сопоставимое по нагрузке, и независимое повторение на большой выборке. В работах петербургской группы этих условий не было видно. Насколько можно судить по публикациям и интервью, речь шла о единичных записях и наблюдениях, а не о серии экспериментов с ослеплённой оценкой.
Отдельная слабость — сравнение конфессий. Утверждение, что у православного священника кора «отключается» сильнее, чем у католического, звучит весомо, но опирается на единичные записи. При таком объёме данных нельзя отделить эффект самой молитвы от разницы в опыте, возрасте, длительности практики и от того, насколько человек вообще способен расслабляться в незнакомой лаборатории с электродами на голове.
Что показали исследования дыхания и сердца
Здесь есть работа, которую повторять пытались, — и она куда скромнее по выводам. Группа исследователей из итальянского Университета Павии под руководством Лучано Бернарди сравнивала, что происходит с организмом при чтении молитвы и при чтении мантры. В исследовании участвовали 23 человека — здоровые добровольцы, которым инструктор задавал ритм произнесения.
Выяснилось, что и молитва, и мантра приводили к одному и тому же: устанавливалось глубокое и редкое дыхание — около шести вдохов в минуту, то есть цикл примерно по десять секунд. Такая частота совпадает с собственными ритмами сердечно-сосудистой системы, и в этот момент они синхронизируются. При глубоком редком дыхании кровь лучше насыщается кислородом, а у пациентов с сердечной недостаточностью ритм сердца выравнивался и они становились спокойнее.
Обратите внимание на вывод: дело, судя по всему, не в словах и не в адресате, а в ритме дыхания. Мантра из йоги дала тот же результат, что «Отче наш». Это не отменяет молитвы, но объясняет значительную часть её телесного эффекта куда более прозаически — и, между прочим, снимает вопрос, обязательно ли верить, чтобы этот эффект получить.
Молитва и гнев: что нашли психологи
Другое направление — не физиология, а эмоции. Брэд Бушман из Университета штата Огайо вместе с коллегами ставил студентов в ситуации, которые вызывают злость, и предлагал разные способы справиться: аутотренинг, релаксацию, чтение молитвы. Наибольшую выдержку проявили те, кто в острый момент читал молитву про себя: они реже поддавались на провокации и реже отвечали агрессией на агрессию.
Существенно, что религиозность участников не была обязательным условием — в группе «молящихся» были и те, кто верующим себя не назвал бы. Бушман объяснял эффект не вмешательством высших сил, а сменой оптики: молитва заставляет посмотреть на произошедшее со стороны и не принимать его так близко к сердцу.
Похожий эксперимент провели в Мичиганском университете. Студентов сначала выводили из себя — их эссе демонстративно оценивали крайне низко, — а потом просили либо просто подумать о тяжело больной девушке, либо помолиться о ней. У тех, кто молился, уровень агрессии после этого оказался заметно ниже. Райан Бремнер, один из авторов, формулировал вывод так: если человек в гневе вспомнит старый совет помолиться за своих врагов, врагам от этого легче не станет, а вот самому человеку — вполне.
Самая громкая проверка — и её провал
А теперь о том, что в популярных подборках почти не встречается. В 2006 году в American Heart Journal вышло исследование под руководством Герберта Бенсона: 1802 пациента после шунтирования в шести клиниках. Их разделили на три группы. Первая знала, что за неё молятся. Вторая не знала — за неё молились тайно. Третьей никто не молился, и она служила контролем.
Результат оказался не тем, которого ждали. По числу осложнений в течение тридцати дней после операции молитва не помогла ни в одной группе. А в той, где пациенты знали, что за них молятся, осложнений было даже статистически больше. Авторы оговаривались, что причина неясна, и предполагали, что дело в психологическом давлении: человек знает, что за него молятся, и начинает бояться не оправдать ожиданий и подвести молящихся.
Это, пожалуй, самый важный фрагмент всей темы. Он не доказывает, что молитва бесполезна: она может помогать самому молящемуся — успокаивать, снижать давление, возвращать ясность мысли. Он доказывает другое: молитва одного человека за другого не работает как медицинская процедура, которую можно назначить и измерить в процентах.
«Отче наш» против стафилококка: откуда взялось
В сети много лет ходит утверждение, что молитва и крестное знамение убивают болезнетворные бактерии. Источник обычно указан один: петербургский инженер-электрофизик Ангелина Малаховская, изучавшая свойства святой воды и крестного знамения. По её словам, если прочесть «Отче наш» над пробой воды с кишечной палочкой и золотистым стафилококком и осенить её крестным знамением, количество бактерий уменьшается почти в сто раз.
Отнестись к этому стоит очень осторожно. В открытом доступе нет ни протокола опыта, ни описания контрольных проб, ни данных о том, что происходило с водой, над которой ничего не читали. Без контроля результат невозможно отличить от естественной гибели бактерий в пробе — а она происходит постоянно, в зависимости от температуры, света и срока хранения. Это классическая ошибка: измерять только то, что нужно, и не измерять то, с чем сравнивать.
Там, где такие опыты ставили аккуратно — с контрольной группой и ослеплённой оценкой, — эффекта молитвы на микроорганизмы не находили. Так что читать «Отче наш» над стаканом воды, рассчитывая её обеззаразить, не стоит: кипячение надёжнее и проверено куда лучше.
Молитва и смерть: можно ли отложить дату
Ещё одна история, кочующая по сайтам, — про исследование, будто бы доказавшее, что смертельно больные могут отложить смерть до важной для них даты. Упоминается анализ медицинских карт умерших от рака в одном из штатов США за 1989–2000 годы, три особые даты — Рождество, День благодарения и день рождения — и вывод, что около четырёх тысяч человек, то есть чуть больше процента, умирали на следующий день после праздника, а не в сам праздник.
Работы с такой логикой действительно существуют, но трактовка в пересказах перевёрнута. Речь в них идёт о статистическом сдвиге дат смерти у очень небольшой доли людей, а не о том, что человек способен «договориться» со смертью. Кроме того, у подобных исследований есть известная методологическая уязвимость: если дата смерти фиксируется по записи в документе, а документы в праздники заполняют иначе, сдвиг может возникнуть в самой статистике, а не в реальности.
Есть и другой угол, который в старых подборках подаётся как доказательство: верующие больные живут дольше. Аккуратные исследования тут дают смешанную картину. Религиозность действительно связана с меньшей смертностью в некоторых выборках, но связь эта во многом объясняется сопутствующими факторами: верующие реже курят и пьют, чаще женаты, больше включены в сообщество и меньше одиноки. Отделить эффект самой молитвы от эффекта образа жизни до сих пор не удалось.
Что из этого следует
Если убрать крайности — и восторженные, и презрительные, — картина получается такой. Молитва меняет состояние человека: замедляет дыхание, снижает возбуждение, помогает справиться с гневом и страхом. Часть этих изменений видна на энцефалограмме, часть — в поведении. Ни одно из них не требует чуда для объяснения, и ни одно не отменяет того, что человек, который молится, переживает реальный опыт.
Другое дело — попытки превратить молитву в лечебную процедуру с гарантированным результатом. Как только исследователи переходят от «что чувствует молящийся» к «что происходит с тем, за кого молятся», эффект исчезает или меняет знак. Именно это и показало исследование с 1802 пациентами после шунтирования, и именно об этом стоит помнить, когда обещают исцеление «силой молитвы».
На сайте есть разбор того, какие молитвы считаются сильными и что реально стоит за этим понятием, и материал о том, как состояние психики отражается на теле — там видно, откуда берётся большая часть телесных эффектов, приписываемых молитве. Про то, как устроена церковная служба, где молитва звучит не одна, а вместе с сотнями людей, рассказано в статье о том, во сколько начинается служба и как она проходит.
Спор о молитве вспыхивает заново каждые несколько лет — обычно после очередной громкой публикации. Пока что единственный надёжный вывод, который выдерживает проверку, звучит скромно: молиться полезно для того, кто молится, и бесполезно как назначение для того, за кого молятся. Всё остальное — вопрос веры, а не измерения.
